Тапок же, проверив, все ли его приказания выполнены, с тревогой смотрел на горизонт. Не нравилась ему погода… Что-то словно приближается, подкрадывается…
А они как раз сейчас, случись чего, сбежать не смогут — платформа перегружена, и на ее разгрузку требуется время…
* * *
Дон Ган от огромных доз медикаментов уснул, даже несмотря на ноющие раны. Тем не менее, Тапок приставил к нему двух охранников, велев им быть начеку и глаз с пленника не спускать.
Он как в воду глядел — ровно в тот момент, когда Тапок обходил посты и был на максимальном отдалении от «карцера», он услышал выстрелы как раз оттуда.
Сломя голову он побежал назад, добрался до «карцера», но обнаружил лишь два теплых еще тела со свернутыми шеями и лежащие рядом разорванные пластиковые наручники, которыми стянули ноги и руки мара.
Со стороны пустыни доносился удаляющийся рокот гравибайка, на огромной скорости улепетывающего прочь.
Тапок хотел уже отдать приказ о преследовании, но еще раз глянув на небо, где явно должна была разразиться песчаная буря, лишь махнул рукой. Раненый, обессиленный мар вряд ли выживет в таких условиях, а рисковать ради поимки этого «без пяти минут мертвеца» людьми нет особого смысла.
Ладно, черт с ним, чтоб ему глотку песком засыпало…
Насчет погоды Тапок нисколько не ошибся — буквально через несколько минут небо стало темным, ветер начал поднимать песок с дюн, швырять его в разные стороны, а затем и вовсе начало мести так, что пришлось закрывать лицо, прикрывать глаза, уши, нос и рот, чтобы спастись от песка.
Буря была яростной, сильной, и Тапок даже похвалил себя за то, что не отправился за маром в погоню — всех бы накрыло.
Ну а сам Ган, Тапок был уверен, теперь уже точно не выживет. Будучи раненым, без воды и еды, даже не имея возможности защититься от летящего песка, он долго не протянет.
Ну и черт с ним, как уже говорилось.
Глава 15
Платформа вернулась раньше, чем планировалась. Она села, когда буря чуть ослабла.
Тем не менее, «ослабление» было очень и очень относительным — ветер нес потоки раскаленного жара, мелкие песчинки, способные при отсутствии защиты повредить глаза, забивавшие рот, стоило его открыть. Мерзкая смесь пыли и песка еще долго поскрипывала при любом движении челюстей.
Тапку казалось, что буря словно бы набиралась сил, чтобы обрушиться на них снова, с куда большим остервенением, вполне возможно, превратившись в нечто, что уже видели Тапок и Юси, когда бежали от «людоловов». Честно говоря, повторять подобное приключение ни малейшего желания не было.
Склад оставили стоять открытым, он был вывезен подчистую. Посредине центрального зала Тапок оставил своеобразное послание Чистильщикам. Все тела убитых были разложены ровным рядочком, руки сложены на груди. У каждого отсечена фаланга мизинца.