Это та самая машина, в которой они сейчас сидели.

— О, Макся пришёл! — Кирилл выглянул из машины. — А мы тут с пацанами починили, решили покататься, пока никого нет. Это Колькиного бати машина! Вот и…

— Давай-ка поговорим, Кирюха, — сказал я. — Серьёзный разговор, очень серьёзный. Наедине и надолго.

— Ну ладно, — он удивился и распрощался с остальными. Пятёрка уехала, поднимая пыль. — Что-то случилось, Макс?

— Ещё нет. Пошли во двор.

* * *

Тем временем, кафе Погребок

Виктор Фролов сидел в самом дальнем зале кафе, куда обычных посетителей не пускали. У входа в зал стояли двое, бывшие телохранители какого-то погибшего певца с центра, которых приютил Гоша, лидер мясокомбинатовских.

У обоих длинные кожаные куртки. У одного под ней спрятан чешский скорпион, у второго итальянская беретта. Вся их работа сейчас — охранять Фрола, который почти не показывался на людях. Оба как роботы, почти не выражали эмоций. Кто их знает, что у них на уме, но дело своё делали профессионально.

Работать так было непросто, без личного присутствия бригадира дела у новой бригады шли так себе. Да и авторитета у того, кто сменил одну банду с другой, не было никакого.

Но Гоша сказал — слушайтесь Фрола, и ни одна живая душа среди мясокомбинатовских не осмелится спорить. Ясно, что Фрол очень нужен Гоше. Правда, мало кто знал, для чего.

Но авторитета это не давало. Фролова слушались только из-за Гоши и давали это понять. Правда, слушались беспрекословно, в мясокомбинате всегда была хорошая дисциплина, поэтому они столько лет и держались против пивзавода. Но теперь пивзавод может уйти в историю…

Фрол сидел в углу, ел отбивную с печёной картошкой и пил пиво. Неудобно, потому что правая рука до сих пор в гипсе. Он ждал оставшихся двоих, кто ещё не выполнил поручения, остальные уже отчитались. Охранники на входе остановили двух амбалов, присмотрелись к лицам, только потом пропустили.

— Чё так долго? — грубо спросил Фрол, держа запотевшую кружку с пивом. Он ответ знал, но всё равно злился.

— Только выпустили, Фрол, — сказал один бык и почесал челюсть.

— Не выйдет с ними, Фрол, — добавил второй. — Там ментовская крыша, долго нас прессовали. Едва адвокат договорился, и лавэ пришлось давать.

— Совсем менты оборзели, — Фрол бросил вилку на стол. — Сначала один ЧОП открыли, потом другой. Был бы девяносто третий, мы бы их расстреляли нахрен всех. А чё они хотели? Сами в это дело полезли.

Он засмеялся, но оба быка даже не улыбнулись. Фролов задумался.

— Волков, значит, с ментами работает, — проговорил он. — Волк с волками позорными, ха!