— Звони следаку, Лёня, — сказал я, держась за тюль.

— Уже. И адрес твой назвал, скоро будет, только предупредит кого нужно.

Мы в полной темноте расселись у окна, не снимая обувь. Выскочить сможем быстро, сразу, как только увидим, если началось, а опера ещё не приехали. Женя включил чайник и расставил пиво в холодильник.

— Уважил, Волк, — он усмехнулся, увидев там чокопай. — В гости ждал?

— Да, давно же зазывал, а ты не идёшь. Угощайся.

— А если не приедут? — спросил Лёня, усевшись на табуретку у окна.

— Потом будем ловить сами. Ты мне говорил, есть новости.

— Да. Можно у тебя покурить, Макс?

— Ладно, — согласился я после недолгого раздумья и поставил ему маленькую стеклянную банку из-под джема. — Но немного, а то будете тут пыхтеть и кашлять. Так что там было?

— Узнал я у своих, что нашли у покойного, который тогда в зал приходил.

— И что?

Женя разлил чай и уселся на стул, шелестя упаковкой от печенья.

— Патроны от охотничьего ружья, — сказал Лёня. — Ещё было полсотни патронов-семёрки, скорее всего от карабина, штык-нож и, самое главное — пакетики с белым порошком, который лежал в старых носках. Китайский кокаин. Кто этого парня кончил, побрезговал в грязном белье искать, а всё там пряталось. Ещё были мятые деньги, целый пакет мелкими купюрами и монетами. Вполне себе могли выгрести из кассы того магазина в Шахтогорске.

— Он употреблял, Женька? — спросил я.

— Понятия не имею, я с ним после армейки почти не виделся. Бухал только раз по зиме, но я там со всеми бухал. Деньги же были ещё, ко мне все ходили. Я был щедрый, кхе, — он усмехнулся совсем невесело.

— А там помнишь, Жень, — я напряг память. — К тебе в зале в тот же день прикопался какой-то козёл, который с тебя деньги тряс? Наркоман тот?

— Виталя Синюхин? Ну да, помню. Вот он точно употреблял, да.

— Я про него сказал Федюнину, — Лёня осторожно затушил сигарету. — Тоже слышал этот разговор, сразу на него подумал. Тем более, он того Вована на улице ждал, на скамейке. А Витька Федюнин сразу про него пробивать начал.

— А это я не видел, — сказал Женя. — И ещё… слышите?

Форточка открыта, поэтому мы слышали, как по земле едут шины. Во двор заехала волга, но проехала дальше, в темноту, и припарковалась у другого подъезда. Потом послышались шаги, и стало тихо.

А через несколько минут резко зазвонил звонок. Вместе с Лёней прошёл в прихожую, и впустил к себе домой следователя Виктора Федюнина.

— Ну рассказывайте, Волков, как докатились до такого, — он положил папку на тумбочку с телефоном. — Лёня потревожил, когда мы с женой Полтергейста смотрели по телику. Такая чушь, но затягивает.