Но всё же я дал вескую причину для отказа, даже не объясняя, откуда у меня эти данные. Напирать здесь смысла мало, а другого повода использовать меня в своих целях Череп пока не придумал. В общем, надо быть осторожным, как и всегда. Главное — я теперь знаю, откуда ещё может прилететь удар. А предупреждён — значит вооружён.

Вышли все вместе, в машину, которая нас ждала. Внутри сидел Денис Машуков с оружием наготове, чуть позже подошёл Славка.

— С лёгким паром, — радостно произнёс он. — Чё, нормальные девахи там были?

— Даже не дали с ними пообщаться толком, — грустно заметил Женя. — Паханы побазарили и разошлись, даже пиво не допили. О чём хоть базар-то был, Волк? А то ничё не слышал.

Я вкратце рассказал об этом и добавил свои мысли, пока мы ехали. Слушали меня сосредоточенно, только когда выезжали на трассу, Женя отвлёкся.

— Прикиньте, пацаны, — он присмотрелся к машине, которая проехала мимо нас, когда мы отъезжали от бань. — Вот там сзади будто Мишаня Дунаев сидел.

— Его же вроде грохнули, — Слава пожал плечами. — Хотя кто знает, я в него не стрелял, а трупешник не видел.

Ярик покосился на него, но Слава продолжать разговор не стал. Мы не распространялись о том, что были в той общаге во время перестрелки. Но богатовских, как говорят, извели под корень, только детали я не знал. Мы свалили оттуда, и это главное.

Что-то я понял после сегодняшнего разговора, что-то нет. Что-то Череп умолчал, о чём-то намекнул. Ясно, что от них теперь идёт сильная угроза в нашу сторону, которую сегодня мы смогли избежать. Надо бы поговорить с кем-нибудь ещё, с кем-то, кто знает, что происходит в городе. А уже от этого будем строить планы, как не попасть в очередную ловушку.

* * *

Территория Новозаводского пивного завода

Душман сидел в приёмной, якобы разгадывая кроссворд, но на деле просто ставил буквы в клеточки, даже не читая задание. Больше его интересовал разговор в кабинете Крюкова. Секретарши в предбаннике уже не было, дверь в кабинет была открыта, видно спины сидящих за столом бригадиров и недовольного Иваныча. Влиятельные пивзаводские авторитеты, Прапор и Яха Шаман, не поделили территорию и пришли на разборку перед Крюковым.

— Он эту кафешку ещё в 91-м открыл, — с жаром говорил Прапор. — Когда тебя ещё у нас не было, Шаман, и платил мне с самого первого дня за крышу. С чего он теперь платить должен тебе?

— Потому что он переехал на мою территорию, — отрезал Яха Шаман. — И платить отказался, когда ему намекнули об этом.

— А он сразу сказал, что за крышу платит мне! — Прапор привстал, нависая над Шаманом. — Твои люди это слышали. И всё равно, Иваныч, они руку ему сломали, официанту чуть глаз не выбили, ещё громить всё битами давай. Чуть не сожгли там всё!