— Сядь, — сказал Крюков, влезая в разговор. Прапор подчинился. — Хозяин кафе на другую территорию переехал, вот и платить должен был там, где сейчас находится, а с тобой договориться насчёт отступных. Но и твои люди, Яха, поступили как беспредельщики. Тебе же передали, кому барыга платит, не мог с Пахой вопрос утрясти без разборок?

— А чё тут утрясать? — недовольно спросил Шаман. — Земля моя, вот и…

— С чего это твоя земля-то? — возмутился Прапор. — Ты гонишь, это улица Монгола была, но он мне её отдал, пока не разбился, потому что в карты продул, а расплатиться не мог. И все точки на ней…

— Он мне был должен раньше, чем тебе, так что улица эта…

— Стрелу бы забили и поговорили между собой, — прервал их Крюков. — А теперь какой бизнес там будет, пока не отремонтируются? И без денег остались, — Крюков откинулся на спинку кресла. — В карты ещё на точки играете? Был бы он живой, я бы с него спросил за этот косяк. Хоть стреляться не начали. Значит так, раз ко мне пришли, делать будете, как я скажу.

— Само собой, Иваныч.

Оба бригадира недовольно глянули друг на друга, потом на Крюкова.

— Улицу между собой делите вот по этой самой кафешке, — произнёс он. — Что к трассе идёт, то Прапору отходит, другая половина Шаману. Там как раз точек поровну будет, но промеж собой ещё раз обсудите, кому что, чтобы твёрдо было. Кафешка у Прапора останется, Яха, выплати компенсацию за ущерб, скажем, тыщу баксов.

— Там ущерба на две, — сказал Прапор. — Одних только столов поломано…

— Пусть работают больше, — перебил Крюков. — Быстрее восстановятся, быстрее бабки приносить будут.

Он взглянул на бригадиров. Оба остались недовольные, но с решением согласились. Яха отдал деньги сразу, а Прапор под молчаливым взглядом Крюкова оставил долю за это собрание, положив несколько купюр на стол.

Зато был окончательно закрыт вопрос со спорной улицей и точками на ней, ведь бригады Монгола больше не существовало, бойцов из неё Крюков делил по другим бригадам. Такая же судьба ожидалась у группы Цыгана, в которой осталось несколько пехотинцев и точек с доходом.

— Ну чё, горячие финские парни? — пошутил Душман, когда оба вышли. — Договорились?

— Угу, — пробурчал Прапор и ушёл.

— Николаич, — Шаман задержался в приёмной. — А чё по итогу порешали с Цыганом?

— Услышишь.

— Ответка за него будет?

— Какая ответка? — Душман поморщился и обмахнулся газеткой с кроссвордом. — Цыган не по понятиям поступил, подтянул РУОП и огрёб от чекистов вместе с Захаром. Хотя Иваныч чётко говорил, что делает он всё на свой страх и риск. Ещё хорошо, что комитетчики пацанов отпустили и за нас не взялись, хотя могли нам устроить, вот бы Гоша порадовался.