Проверил время на часах, а то чуть не забыл, что у нас с ним шесть часов разницы. Хотя Серёга доступен по телефону круглые сутки, просто он просил не беспокоить его без особого повода поздними вечерами, когда он вырывался домой к семье. Но мои подаренные управой ФСБ часы показывали, что в Чите ещё нет и восьми вечера.

Ремезов давал мне визитку одного из знакомых, но тот мог помочь с мелкими неприятностями или с проблемами в милиции, а тут дело было более серьёзное.

Я набрал номер, ответили быстро. Судя по ругани на фоне, Ремезов всё ещё был на работе.

— Срочное что, Макс? — спросил он. — А то застряли тут, дел по горло.

— Да, очень важный вопрос, — сказал я. — Нужно прикрытие от кого-нибудь из твоих крутых знакомых в Питере. У нас тут похитили одного из братьев, но требования пока не озвучили.

— Бандиты похитили?

— Да вот неизвестно, в деле замешаны многие, от коммерсантов до ментовского генерала. А мне бы не помешала помощь со стороны кого-нибудь серьёзного. Ты мне визитку давал, но дело такое, что лучше перед звонком туда с тобой обсудить.

— Погоди, — он отодвинул трубку и на кого-то наорал. — Шумно тут. Выйду, наберу другого, лучше подойдёт. Матёрый чекист, пробивной, но человек тяжёлый, вредный, чувство юмора своеобразное. Ты ему, главное, не уступай, и Григорьев всё подскажет. Он про тебя знает, это один из тех, кто мне тогда про тот груз сообщил и с той стороны операцию прикрывал. Наберёт он тебя.

— Благодарю.

— Жёстко там?

— Бывало и хуже, Серёга. Пробьёмся.

Мерседес тем временем проехал по разводному мосту через Неву (Слава и Женя тут же поинтересовались у водителя, когда эти мосты можно посмотреть в разведённом виде, и сразу же захотели быть здесь уже этой ночью) и вскоре добрался до главного офиса холдинга.

Павел Андреевич разводил руками, говоря, что так ничего и не выяснили.

— Украли утром. Андрей уехал к любовнице, поэтому охрану отпустил. Утром за ним часов в десять явился шофёр, но любовница сказала, что Андрей ушёл в восемь утра, и больше его никто не видел. Ни улик, ничего. И до сих пор никто не потребовал выкуп. Значит, он им и не нужен, а это странно. И ментов никого нет.

— А эти генерал и Петруха что-нибудь сказали? — спросил я.

— Ничего.

— А они могут быть связаны с этим?

— Вот знаете, — он покачал головой. — Если так, то совсем не удивлюсь.

Кравцова пригласили в комнату для переговоров. Он так и продолжил себя вести как приглашённый гость, хотя видно, что его это уже начало тяготить.

Мы с ним встретились в просторной комнате с окнами, закрытыми жалюзи, и работающим кондиционером. Оба расселись в кожаные кресла, и нам сразу принесли кофе. Я налил себе молоко и начал медленно пить, откинувшись на мягкую спинку.