— Эй, что за стереотипы, Димитрий! — с фальшивой обидой воскликнул старик. — Если я азиат, то должен есть одни суши? Пффф, это вздор! К тому же я не умею пользоваться палочками, черт побери. Отец меня за это часто ругал, но навыки так и не появились.
— Хех, все нормально. Просто интересное место. Можете кушать, что вам угодно. Я не ваш диетолог, — весело ответил ему, глядя в узкоглазое морщинистое лицо.
Вскоре мы сидели за большим тяжелым столом, сделанным из дешевых не струганных досок, который был покрыт дорогим лаком и выглядел немного нелепо.
Я разглядывал интерьер, который украшали головы разных животных. На одной стене висела башка кабана, с другой пялилась рогатая рожа лося.
Стены были сделаны под бревенчатый сруб. Всюду развешаны снопы соломы, какие-то травы, сушеные овощи. Прям настоящая изба зажиточного крестьянина. Есть на что посмотреть.
Передо мной стоял горячий глиняный горшочек с мясом и картошкой по старинному рецепту. Судя по пьянящему аромату, рецепт был весьма ничего. Хотелось скорее попробовать. Но я сохранял спокойствие и вел себя весьма сдержанно.
Также старик Ронг заказал еще пиво, которое было налито в большие громоздкие кружки. Дедок часто прикладывался к такой и пялился по сторонам хитрым лисом.
В какой-то момент, он уставился на широкоплечего мужика, стоящего возле нашего столика.
— Серый, ты так и будешь маячить? — раздраженно спросил своего безопасника.
— Нет господин, — виновато промямлил тот, отошел в сторону и занял место неподалеку от нас, притворившись простым посетителем.
А дед крякнул после очередного глотка ссутулился сильнее обычного, и, видно, решил обсудить наше дело.
Глава 19
Ага, черта с два. Вместо этого старик открыл ароматный горшочек, выловил ложкой кусочек мяса в бульоне, с аппетитом его поглотил и прищурился. Отчего его глаза почти что исчезли с лица.
— Ооо, ништяк браток, — сказал он, потом добавил погромче: — Ты чего не ешь, парень? Хорошая еда — хорошие силы.
— Да, только если ты не пришел заниматься делами, — буркнул, нехотя пробуя свое блюдо.
— Дела подождут. Голод важней всяких дел, — усмехнулся старик.
— Но без дел можно сдохнуть от голода, господин. Так что я предпочитаю набить брюхо чуть позже, — жестко проговорил я, давая понять, что не хочу зависать тут до ночи.
Ронг понял, что я деловой человек, а мой облик — это лишь ширма. Старик проворчал что-то одобрительное, после чего стал медленно пояснять саму суть.
— Знаешь, быть отцом взрослой дочери: то еще испытание. Молодежь, зачастую, умна и отважна. Но знаешь ли, слишком взбалмошна. Моя дочурка — не исключение. Крошка Ми всегда хотела доказать, чего стоит. Вечно перечила, грубила, да чего там говорить, откровенно вступала в контры. Конечно, я это долго терпел. Малышке сходило с рук очень многое. Но однажды она перешла все границы, — нудно проговорил дедок, после чего приступил к еде.