— Не может быть⁈ — от удивления у Адольфа Ван дер Гельца так расширились глаза, что выпал монокль. — А почему тогда у вас другая фамилия?

— Потому что Чехов — это по маменьке, а Максимовы — это по отцу, ну а в Европе, куда бежали мои предки после революции, Чеховы были намного знаменитей, чем Максимовы, и соответственно, их лучше принимали, — я немного замялся, делая трагическую паузу, — и больше подавали милостыни. Мои дед с бабкой, а потом и мать, бедствовали, армия для меня стала способом выжить и прокормить вечно голодную родню.

Все-таки врать и языком чесать — это вам не мешки тяжелые ворочать, особенно когда твои слушатели никак не могут проверить и опровергнуть враки, которыми я сейчас сыпал щедро и густо. Врал я вдохновенно, щедро и от души.

— Понимаю, — с серьезным видом кивнул Гельц, — но теперь ваши бедствия закончились. Мистер Рикочо сообщил, что вы весьма удачливы в военном деле.

— Не жалуюсь, — широко улыбнувшись, произнес я, — пока на этом свете есть богатые люди, чьи проблемы можно решить с помощью автоматов и взрывчатки, я останусь при деле и заработке.

Адольф Ван дер Гельц тут же согласно кивнул и увлек нас с Рикочо на улицу, где принялся показывать свое поместье. Народу в поместье было немного, вернее, сколько тут на самом деле было человек, я не знал, нам на пути встречались только слуги, которые подносили прохладительные напитки, и еще я видел вдалеке пару пеших караулов с автоматами в руках. Все правильно, не хрен светить своими черномазыми рожами и мешать белым господам прогуливаться.

А вот то, что не было никаких домочадцев из семейства дер Гельца — это плохой признак. Вполне возможно, что их специально увезли прочь из поместья, чтобы… к примеру, чтобы разделаться со мной без лишних свидетелей.

Разговор сводился к нескольким моментам. Во-первых, это мои взгляды на политическую жизнь, во-вторых, боевые возможности моего отряда и, в-третьих, а не агент ли я КГБ? И все вроде в шутку, лишь иронические намеки, но как говорится: «В каждой шутке есть доля шутки». Опять же двое автоматчиков за спиной, которые направили стволы своих «Галилов» персонально мне в спину, явственно намекали, что мне тут никто особо не доверяет.

Мы немного прогулялись по парку, попивая по дороге прохладительные напитки, потом как бы невзначай дошли до стрельбища, где хозяин поместья тут же решил продемонстрировать умения своих охранников в стрельбе. Те двое здоровил, что сопровождали нас, заняли позиции на старте, каждый отстрелялся по нескольку раз в гонги, висевшие на удалении в триста метров. Гонги громко звякали каждый раз, когда по ним попадали пули. Ван дер Гельц довольно хмыкал и горделиво выпячивал тщедушную грудь. Мы с Рикочо восторженно поддакивали, восхищаясь стрелковым мастерством охранников усадьбы. Причем Рикочо вполне искренне, а я больше из вежливости.