— Как звать? — спросил я у связанного негра.

— Мишель.

— О, Миша, по-нашему. Совсем хорошо. Мы тебя развяжем, если поклянешься, что будешь себя вести тихо-смирно.

— Клянусь, — тут же произнес слуга.

— Отлично, — кивнул я, перерезая веревку. — Вот этот молодец, — показал я на Чака, — будет тебя сопровождать. Мы взяли в плен слуг, что были в поместье, и часть охранников. Твоя задача — провести с ними переговоры, и если есть те, кто хочет уйти с нами, то пусть собираются, остальных свяжем, но убивать не будем, даже охранников. Также от тебя требуется показать все ценные вещи, которые имеются в особняке. А еще тебе надо будет рассказать все тайны своего господина и его друзей. Если хорошо сработаешь, то я разрешу тебе убить Ван дер Гельца и отомстить за смерть своей семьи. Договорились?

Пожилой негр, услышав мое предложение, тут же согласно закивал головой, плюхнулся на колени и принялся хватать меня за руки, чтобы расцеловать.

— Эй, эй! — запротестовал я. — Прекрати это! Давай шустрее выполняй приказ, а то я передумаю!

Мишель тут же подскочил на ноги и бросился выполнять мой приказ, Чак не поспевал за прытким и шустрым слугой. Я оставил Носова допрашивать Ван дер Гельца, а сам вместе с Паспарту пошел выгребать содержимое сейфа.

Трофеи нам достались знатные. Только одного золота в слитках, монетах, самородках и россыпью оказалось около двух тонн. Бумажных денег было в общей сложности около одного кубометра. Алмазы я скинул в один мешочек и убрал в свой рюкзак.

Помимо золота, бумажных денег и алмазов выгребли оружие и БК, найденные не только в особняке, но и в казармах охраны, там же располагался склад с оружием и боеприпасами. В гараже усадьбы разжились техникой и автотранспортом. В полукилометре от поместья Ван дер Гельца был его личный аэродром, на котором стояли два легкомоторных самолета и вертолет.

Подъезды и подходы к усадьбе перекрыли и заминировали, чтобы было можно спокойно потрошить богатый особняк. Ну и Носов все никак не мог успокоиться и допрашивал, допрашивал Ван дер Гельца.

Из поместья потомка буров мы ушли только на следующий день, забрав с собой все ценное, в том числе слуг и часть бывших охранников, которые решили присоединиться к нашему отряду. Тех, кто не захотел связать свою жизнь с «Вольными стрелками», мы оставили связанными в особняке, чтобы они передали тем, кто прибудет в именье, наше послание, которое было продублировано красной краской на белоснежных стенах особняка:

— Africa without a nuclear bomb!

Что в переводе означало: «Африка — не место для ядерной бомбы!»