В общем, полез в интернет и тогда впервые услышал о Кабинде — эксклаве Анголы, где добывают до хрена черного золота.

Кабинду нетрудно отыскать на политической карте Черного континента: эта узкая, изогнутая бумерангом полоска земли, равная по площади половине Калининградской области, отрезана от основной части Анголы небольшим участком территории Заира в устье реки Конго. Эксклавность провинции обусловлена историей колонизации Кабинды, с самого начала проходившей независимо от колонизации Анголы, и дипломатической хитростью бельгийского короля Леопольда II. Первоначально границу между двумя португальскими владениями предполагалось провести по реке Конго, но в 1884–1885 годах на Берлинской конференции по вопросам колониального раздела Африки Леопольд II сумел добиться, чтобы «Свободное Государство Конго» (будущая колония Бельгийское Конго) получило выход к Атлантическому океану в устье реки. Так протекторат Португальское Конго и колония Португальская Западная Африка оказались разделены узким коридором. Этот коридор ныне обеспечивает доступ к побережью крупнейшему государству Черной Африки — Демократической Республике Конго, но пока оно называется Заир.

У населения Кабинды за длительное время изолированного от Анголы существования сформировалось особое чувство внутригрупповой идентичности, не подкрепленное какими-либо этническими или конфессиональными признаками. Принципиальных различий между населением Кабинды и Анголы нет: народ баконги (конго), составляющий большинство в провинции, проживает и в близлежащих районах Анголы (как и в обоих Конго) и говорит на том же самом языке киконго. Различия в вероисповедании также невелики: жители эксклава немного более христианизированы, чем ангольцы, среди которых больше язычников-анимистов. Тем не менее население Кабинды отделяет себя от ангольцев, считая себя уникальным этнокультурным образованием. При некотором допущении можно говорить о формировании нового этноса — «кабиндийцы» — с особым самосознанием на основе общего культурно-исторического наследия и четкой территориальной локализации проживания.

Большую роль в усилении внутригрупповой консолидации кабиндийцев сыграл нефтяной фактор. Занимая чуть более половины процента площади Анголы, Кабинда производит, по оценкам, около 60–70 процентов всей нефти в государстве и обеспечивает страну основными доходами от нефтяного экспорта.

Нефтедобыча находится в руках ангольской государственной компании «Сонангол» и ряда зарубежных ТНК: «Шеврон», «Тексако» и «Тоталь-Фина-Эльфф». При этом, несмотря на исключительную роль в обеспечении благосостояния государства, Кабинда является одной из самых бедных провинций Анголы: в местный бюджет поступает только 10 процентов доходов от реализации нефти. Недовольство подобным положением вещей — важный фактор, сплачивающий кабиндийцев против остальной Анголы.