Конан и Бьерн не пытались убивать пиратов. Пользуясь габаритами и силой, они попросту подхватывали противников и кидали за борт. Море радо любым дарам. Я заскочил на палубную надстройку, что защищала вход в трюм, и, вооружившись луком, пытался помочь.
Что творилось под палубой, представлять не хотелось, но звуки оттуда доносились страшные. Всё кончилось так же внезапно, как и началось. Четверка оставшихся в живых пиратов сдалась в плен.
— Когда столько союзников, неинтересно, — пожаловался Конан.
— Еще и добычу на всех делить, — поддержал его Бьёрн, швыряя за борт последний труп.
Я спустился, пока Барий с парой этих здоровяков пеленал корсаров, наша дружная тройка решила проверить трюм. Симба шел первым, за ним Ли, я замыкал процессию, фактически положив арбалет на плечо самурая.
У ступеней с гримасой боли на лице застыл труп пассажира. Он вцепился в опоры, но подняться не успел. В спине около десятка ранений. Дальше больше. Валялась чья-то голова. Затем корсар без руки. Следом пара игроков, из-под которых натекли красные лужицы. И всё в крови: пол, стены, потолок. Гамаки, в которых «сохранились» сноживущие по большей части походили на проткнутые красные коконы. Лишь пара счастливчиков у самого борта проснется по прибытии.
Капитанская каюта была открыта. Разбойник лежал, прибитый мечем к столу. Он так и замер над маленьким стальным сундучком.
— Не успел, — заметил Симба. Следующий отсек тоже оказался открыт и полон тел пиратов и игроков. Наконец, мы подошли к нашему закутку. Самурай пнул в дверь, но она не поддалась.
— Эй, есть кто живой? — крикнул я.
— Арч? — спросил неуверенный ослабший голос.
— Гили, Вили, открывайте, — потребовал я.
Раздался удар, затем глухой деревянный стук, все повторилось несколько раз, и каюта открылась. Охранник каравана выпал Симбе на руки. В животе у него торчал кинжал, а в плече арбалетный болт. Второй валялся на полу с окровавленным мечом в руке.
Я принялся отпаивать их зельями лечения. Спасла парней читерская бронька, это точно. Ну и еще то, что они вовремя догадались заскочить в каюту и подпереть дверь тремя копьями. Казначей тоже выжил, он, когда всё началось, успел заскочить в гамак и прикрылся какой-то спящей красоткой, которая, разумеется, бойню не пережила.
Мы поделили лут. Барий ругался, что опять придется нанимать охрану. Я решил ковать железо, пока горячо, и запросил увеличение оклада, ведь мы уже, можно сказать, старожилы, впахиваем больше прочих, делу преданны и показываем чудеса выживаемости.
— За этих двух, что скажешь? — покосился он на Бьерна и Конана.