Я быстро взобрался. Положил на направляющую арбалета болт без наконечника и пальнул корове в задницу. Скотинка взревела и бросилась прочь. Как раз в этот момент в хлев забегал бородач. Копытное снесло преследователя. От удара он несколько раз перекувыркнулся в воздухе и рухнул вниз стонущим кулем. «Дровосекин. Уровень 30» — смог я, наконец, прочесть ник незнакомца.
— Не быть тебе матадором, — наставительно сказал я, зарядив оглушающий болт.
— Всё ХП как корова языком слизала, — нашел в себе силы пошутить парень, кое-как поднявшись на локтях.
Я хотел тупо оглушить его и убежать, но теперь подумал, что идеальный момент для трюка, придуманного мной пару дней назад. Противник зашевелился, крехтя пытался встать. Я перебросил кошку на соседнюю балку и, держась за свободный конец, спрыгнул вниз. Пролетел как на тарзанке и врезался ногами в грудь Дровосекина.
Он вылетел из коровника, покатившись кубарем. У него осталось двадцать жалких очков здоровья. Я благодушно решил не добивать глупого админа, уже раскрыл рот, чтобы сказать что-нибудь эдакое, пафосное, мол, так будет с каждым, кто против меня выступит. Но тут подскочил разъяренный фермер и звезданул мотыгой по спине игрока.
Так даже лучше. И убийство совершил, и ПК(playerkiller) не стал. И коровы сыты, и тестеры целы. Или как там было в поговорке?
— Проклятые разбойники! — завопил вошедший в раж фермер и бросился на меня.
* * *
За три недели до этого
— Молодой человек, вы оплачивать будете? — уставилась на меня кассирша.
Я тяжело вздохнул. Видимо, не на тот ценник посмотрел. Налепят их друг на друга — не разберешь.
— Отменяйте, — тяжело вздохнул я, поджав губы. Вот какого черта? Это же её работа, почему я чувствую себя виноватым? Ей ведь одинаково платят, что она товар пробивает, что сидит без дела, когда народу нет, что, как сейчас, зовет администратора.
Тетка закатила глаза и громко цокнула. Убрав охлажденную куриную грудку в сторону.
— Валера-а-а! — заорала она так, что у меня в ушах зазвенело, хотя охранник стоял метрах в десяти и все прекрасно слышал. — Люду вызови.
Чоповец по рации вызвал администратора. Три человека сзади меня в очереди стали переминаться и изнывать, словно я их у оазиса в пустыне задержал и не пускаю к источнику воды. Та самая Люда, съем за присест четыре блюда, вставила в кассу ключ и отменила покупку.
Я забрал одни лишь макароны. Прошли те благостные деньки, когда мог позволить себе не смотреть на цены, брать все, что душе угодно, а каждые выходные ужинать в кафе, ресторанах или доставку заказывать. На карте осталось сто двадцать рублей. Еще где-то налик валяется дома, чуть ли не со студенческих времен, с тех пор бумажных денег и не держал.