Кровь ударила фонтаном, раскрашивая лицо парня. Я пустил еще две стрелы ему в грудь. Но огромный ублюдок, видимо, хайлевел под мощными зельями. Я не видел лица Рульфа, но слышал его крик. Он не был гневным или каким-то брутальным. Скорее жалким. Сердце кольнуло. Вот тебе и игра, сука. Нихера не по игровому реалистично, блять.
Тут спина вспыхнула болью. Разбойник в невидимости подкрался. Я упал на колени, а когда поднялся, мне уже вливали зелье в рот. Ли стоял рядом над телом стелсера. А Симба толкнул в спину со словами:
— Не теряйся.
Я бросил последний взгляд на Рульфа. Барий оттаскивал парнишку, судя по топору в голове, это торговец зарубил гиганта. Объятый горем воин намеревался расквитаться хотя бы с телом врага.
— Жесть! — только и сказал разбойник и снова пихнул меня, поворачивая голову вперед. — Туда пяль.
Я глянул. Высокий подъем был завален телами. Наши уже пробивались к дверям замка.
— Прикинь, опять не заперто будет, — восторженный как ребенок брякнул Симба, и мы вытаращились на него, когда створки раскрылись.
— Суки-и-и-и! — заорал Бастрог.
— Это уже наш брат сноживущий выдумал, — заметил Ли.
Конечно, все это уже видели. Когда роханская конница вырывается прямо из ворот замка. Только тут была азбургская кавалерия. Всего два десятка всадников, во главе со Рогнаром и Снором, но их хватило, чтобы с наскока снести остатки передового отряда. Голова Бастрога запрыгала вниз по ступеням.
Я переглянулся со Снором. Мы оба лишь поджали губы, словно извинялись перед друг другом за то, что оказались по разные стороны баррикад.
Битва была проиграна. Конечно, мы еще насобираем сейчас отряд калек. И пойдем в последний и решительный, да только смысл. В замке еще отряд. А мы не факт, что кавалеристов задавим.
— Блин, выбивает, — вздохнул Симба. — Напишите, чем кончится.
— Да твою ж… — цокнул я. Обидно. — Ты как? — бросил взгляд на самурая.
— Порядок. Я сегодня закинулся всякими бадами под крышечку. Последним с сервера выйду, — грустно улыбнулся он.
Я осматривал лестницу в поисках раненых союзников. Одного лучника вытащил из-под двух тяжей в стальных панцирях, а затем взгляд уперся в тело Конана. Почти у самой вершины я увидел мохнатую гриву Бьерна, слипшуюся от крови. Гадство!
— Сдавайтесь, и я пощажу вас! — крикнул ярл.
— Гордость не позволит, вашество, — проорал я в ответ. — Эй, бедогали, стройся! — гаркнул уже громче, обращаясь к выжившим союзникам.
Хромые и израненные сбились в неровную кучу. Двадцать человек. Нда. Не так дворцы штурмуют, ох не так. Со всего города стали собираться подранки соперника и выползать трусливые игроки, что вообще попрятались и хотели лишь помародерить.