Снимаю обувь, вешаю куртку на крючок и прохожу за отцом девочки вглубь квартиры. Кот бежит за мной.

Попутно осматриваюсь. Ремонт свежий, мебель хорошая. У нас с мамой квартира гораздо проще. Мне придется постараться, чтобы обеспечить своей королеве комфорт, к которому она, очевидно, привыкла. Хороший стимул для меня.

Мы приходим на кухню. Включено радио.

–После принятого закона о печати бурным ростом цветет самиздатовская пресса, – высказывался диктор. – Собственную позицию начали отстаивать и официальные органы печати. Чрезвычайно интересно наблюдать за новым курсом, выстраиваемым редакциями газет «Московские новости», «Комсомольская правда», «Аргументы и факты», «Известия», журнала «Огонек ».

Я сел на светлый кожаный диванчик. Отец Ники выключил радио и сел напротив.

– Итак, – начал он. – Как давно вы знакомы?

– Не слишком давно, – отмечаю, что хозяин дома не представился. – Я – Вадим.

– Вадим, значит…, – барабанит он пальцами по кухонному столу. – Мое имя Сергей Андреевич и, как ты, наверное, догадался, я – отец Ники.

– Догадался, – киваю, разговор не форсирую. Понимаю, раз пригласили войти, будут допрашивать по полной, сканировать на предмет годности в кавалеры драгоценной доченьки.

– Чем ты занимаешься, Вадим? – ожидаемо, спрашивает Сергей Андреевич.

– Машины чиню. Работаю официально в автомастерской, – люблю свою работу и горжусь ей, но вспоминаю слова Ники о важности для ее предков учебы, потому добавляю: – И учусь в институте на заочном. В этом году поступил. После армии.

– В армии, значит, служил…, – чуть смягчается его суровый взгляд.

– Служил.

– А дальше какие планы? – интересуется он. – Есть планы на будущее?

Мне хочется сдерзить, сказать, что в ближайших планах – женитьба на его дочери, но я все-таки сдерживаюсь, ради Вероники.

– Планирую свою мастерскую открыть. Потому и поступил на экономико-управленческий факультет, чтоб по уму все сделать.

– Похвально, – одобряет мужчина, но я все равно чувствую, что не слишком нравлюсь ему. Оно и понятно, кому захочется свою кровиночку отдать малознакомому парню хулиганской наружности. – А кто твои родители? – интересуется он дальше.

В душе я немного веселюсь, от себя самого, что вообще сижу тут и делюсь подробностями своей биографии с отцом понравившейся мне девушки. Я ведь мог и не заходить в квартиру. Но зашел. И сдаю себя с потрохами, не зная, каков будет вердикт. Но, каким бы он ни был, от Вероники не отступлюсь. Ни за что. Потому, смотрю прямо в глаза ее отцу и говорю о себе все, что он хочет знать.

– Мама в поликлинике работает. В регистратуре. Другого родителя у меня нет.