Дверь позади отъехала в сторону, я подумала, что это Вика.
– Вик, обслужи сама. Я сейчас.
– Ты меня насильником назвала! А теперь объяснилась! Быстро! – услышав его голос, я дернулась, резко развернулась к нему лицом.
Я наедине с ним в раздевалке, где моих воплей никто не услышит… Попятилась к стене.
А он, наоборот, подошел ближе. Впритык. Так, что я ощутила запах его парфюма. В носу защипало. То ли от парфюма, то ли от подступающих слез. Но я всплакну потом. Не сейчас. Не доставлю ему такого удовольствия.
– Я сказала правду. Разве нет? Ты изнасиловал меня, пока я была в шоке, избитая и измученная твоим дружком. Ты лишил меня невинности и даже не спросил на это позволения. Просто взял, будто я принадлежу тебе. А потом швырнул мне деньги, как будто это поможет мне отмыться от тебя! – последнюю фразу я выплюнула со злостью.
Его лицо закаменело, превратилось в нечитаемую маску. Хотя кое-что я разглядеть все же смогла. Ярость.
– Я тебя сейчас по стенке размажу, соплячка! Когда не хотят – говорят «нет»! Ты даже не пикнула, пока я тебя оформлял! Ни звука не произнесла!
– Я была напугана! Ты что, тупой? Ты, и правда, не понимаешь, что я была в шоке от всего произошедшего со мной?! Меня не каждый день избивают и тащат в бандитское логово! – я, кажется, забыла об осторожности, потому что уже орала на него. Еще и оскорбила…
– Ты кого тупым назвала, соплюха?! – ринулся он на меня и схватил за шиворот.
Я испуганно вскрикнула, уперлась в твердую, как камень, грудь.
– Отпусти!
– Извиняйся!
– Нет! Это ты должен извиняться, а не я! – пискнула совсем не по-боевому.
Он хмыкнул, неожиданно усмехнулся.
– А ты берегов вообще не видишь, да?
– Куда мне до бандита!
Его ухмылка стала шире.
– Раз я насильник, – он отпустил меня. Отодвинул от стены и подошел к шкафчику с моим именем. Открыл его, достал мою сумочку, покопался в ней и вытащил телефон. Я молча наблюдала за происходящим. Он поднес телефон к моему ошарашенному лицу, разблокировал экран и набрал какой-то номер. Позвонил на него. И у него в кармане заиграла мелодия звонка. – Ты ощутишь, что это такое на самом деле.
Он позвонил себе с моего телефона! Теперь у него есть мой номер. Вот же… Он начал что-то записывать в мой же телефон, а потом швырнул его в сумку, а сумку мне в руки.
– Что вы себе позволяете?
– О, мы уже на «вы»? Поздновато спохватилась. Увидимся, Айя, – бросил он и вышел прочь из раздевалки, не удосужившись закрыть за собой дверь.
Я обняла сумку, опустилась на лавочку. Сглотнула.
Так сидела около пяти минут. Приходила в себя и думала, что можно было и потише себя вести. Ему ничего не стоило, и правда, размазать меня по стенке. И докажи потом, что это он насильник, а не я нарвалась.