«Я в процессе».

«В процессе? Редкая целеустремленность, приятно удивил. И как тебе ночной кач? Ты разве не знаешь, что в темное время суток порядочные игроки бухают или хотя бы спят? Рекомендую отдохнуть. Я ведь на тебя очень надеюсь, а потеряв жизнь, ты вряд ли выполнишь мое условие. Времени у тебя маловато осталось, а воскрешение — это потеря, сам все понимаешь».

«Я не качаюсь, я просто иду. Долго рассказывать, но я тут в приключение попал. Нехорошее приключение».

«Даже не сомневался, у тебя прокачан талант находить нехорошие приключения. Помни о сроке, если не уложишься, твоей бабе придется тебе подмахивать за два региона».

«Я помню. И я успею».

«Да? Мне нравится твоя уверенность. Хорошо, если она опирается не на пустоту. Давай, парень, в темпе давай, я не хочу узнать, что так сильно в тебе ошибался. Не знаю, куда ты там идешь в такое время и зачем, но выпью, пожалуй, за то, чтобы дошел нормально».

«Благодарю, Март. И можешь выпить побольше, потому что дорога у меня тоже с приключениями».

«Мог и не говорить, это и без слов понятно. Ладно, бывай, жду тебя, восемнадцатого. За двадцатый уже не заикаюсь, даже такой ненормальный тип, как ты, уже никак не успеет».

Град стих, на смену ему обрушился прежний ливень. Дорогу залило до того капитально, что обочины перестали просматриваться. Читер, то и дело сбиваясь с направления, узнавал об этом, лишь когда из-под ног уходил асфальт.

Дальше стало хуже: местность пошла вниз, ускорились потоки воды, а твердое покрытие сменилось грунтовым. Только по затопленной траве да кустам получалось понять, что не туда шагает. Спасибо, что, пусть и с опозданием, из-за непроницаемых туч начал проглядывать свет на востоке. Благодаря этому видимость стремительно улучшалась. А тут еще ливень стих, чтобы, как это сегодня заведено, смениться градом.

И на этот раз град оказался куда неприятнее всех предыдущих. Очень уж болезненно-крупный и обильный. Его выпало столько, что в нем местами забуксовали потоки воды, образовав полужидкое месиво, намывающие на местах со слабым течением огромные массы ноздреватого льда. Читер то и дело падал, идти становилось все труднее и труднее. Бодрость сползла совсем уж печально, как и удовольствие, посыпались штрафы, и ничего с этим поделать нельзя. Надо просто шагать и шагать, все дальше и дальше, пытаясь радоваться тому, что в такую погоду шансы нарваться на зараженных стремятся к нулю.

А это кто там впереди так бодро шлепает по воде? Вот ведь черт вонючий! Ну как так?! Вот стоило только о них подумать, и нате вам — один тут же нарисовался. Походка столь специфическая, что с человеком ни за что не перепутаешь. Почему-то направляется в ту же сторону, что и Читер, — вниз. Бодро шагает, гораздо быстрее, и ледяные завалы ему не сильно мешают.