Так они и развлекаются. Туда-сюда меняя главного в пати.

Единственное доступное им средство связи.

Где-то, даже не на задворках сознания, а далеко за ними, билась мысль, что надо прямо сейчас что-то делать, а не висеть здесь, медленно и уверенно околевая от потери крови и гипотермии. Но мысль слишком отстраненная, будто чужая, не было ни сил, ни желания к ней прислушиваться.

Все потом. Потом… когда-нибудь. Сначала отдых.

Да и потом желательно тоже отдых…

Где-то рядом заурчали. Одновременно с опаской, злобой, жадностью и нерешительностью. А может, и еще пару-другую эмоциональных оттенков вложили в этот, казалось бы, простейший звук.

Звук не понравился. Он не тревожил, просто раздражал. Читер неловко повернул свесившуюся на расслабившейся шее голову и из крайне неудобного положения разглядел урчащего зараженного. Похоже, тот самый бегун, который, завидев элиту, припустил прочь от человека, столь ненормальным поведением намекнув на присутствие чудовища.

Должно быть, мертвяк смертельно проголодался, раз до такой степени потерял страх. Обычно они не приближаются к монстрам такого уровня. Дохлые, и те внушают им ужас. Элите рядом с мелочью делать нечего, слишком несопоставимо развиты, нет смысла даже в стае держать ради корма на черный день. Возможно, этот слишком тупой, чтобы так быстро осознать смерть дракона.

Или это вундеркинд, за несколько секунд просчитавший ситуацию?

Зараженный колеблется, но по всему заметно, что еще секунды или минуты, и переборет остатки страха. Подойдет и вцепится в Читера вонючими зубами. Довершит то, что элита сделать не смогла.

И тогда придется со всех ног мчаться к месту сбора от точки респа, которая находится неизвестно где. Кто знает, успеет ли. Если нет, это все, это конец. Март четко высказал условия, а то, что Система зачла задание, ничего не значит, если опоздать.

И тогда Читер останется один на один со своими проблемами.

Неразрешимыми.

Бросив последний взгляд на иконку единственного напарника по отряду, Читер заскрежетал зубами и пригрозил:

— Отвали, урод. Иди, куда шел.

Звук человеческого голоса помог мертвяку окончательно побороть страх. Должно быть, это лучшая песня для повышения аппетита, если речь идет о зараженном племени. Вытянул лапы, с урчанием припустил к беспомощному с виду человеку, шумно шлепая по каше из воды, льда и грязи.

А Читер напрягся, превозмогая боль, выгнулся, хищно поджал руки, хрустнув кулаками. И встретил урода как полагается — хлестким прямым ударом в переносицу. Сомневался, что это поможет, но уж очень хотелось двинуть именно так, до боли в костяшках.