А что в городах высокое, с хорошим обзором и одновременно не сильно рискованное?

Здание делового центра доминировало над всей округой, вымахав заметно повыше ближайших конкурентов. Это Читер определил еще в темноте, успев добраться к примеченному параллелепипеду из стекла и бетона до рассвета без новых конфликтов с зараженными.

Почему он не направился дальше, к окраине? Зачем ему понадобилась эта крыша?

А затем, что, побродив в темноте, Читер осознал, что без хотя бы поверхностного знакомства с окрестностями постоянно будет подставляться. Идти по прямой не получалось, то и дело утыкался в слишком обширные открытые пространства или места с повышенной активностью зараженных. Мало того что время терял попусту, так еще и рисковал нешуточно.

Вот и пришлось подниматься по почти бесконечной лестнице. С такой верхотуры пусть не все, но многое видно. Отдохнет после ночных приключений, прикинет маршрут и после заката продолжит путь.

Есть в этой передышке и еще один положительный момент: наконец-то поест как нормальный человек. В супермаркете пробыл достаточно долго, чтобы набить рюкзак лучшими продуктами из имеющихся. Раненому требуется усиленное питание, а не сухими макаронинами хрустеть. Плюс на вкусные деликатесы шкала удовольствия реагирует положительно, а роль у нее важнейшая.

Теперь Читер то спал на верхнем этаже, устроив лежбище на шикарном кожаном диване в приемной какого-то босса, то выбирался на крышу и бродил по периметру со стареньким биноклем, обнаруженным еще позавчера в одной из квартир. Самый лучший путь к окраине он уже прикинул, как основной, так и пару запасных вариантов, но все равно продолжал наблюдение. В первую очередь интересовало перемещение мертвяков. Удивительно, но при кажущейся хаотичности их действий заметно, что некоторые места они почти игнорируют, а к другим их будто притягивает магнитом. Естественно, возле последних показываться нежелательно, вот и приходится пробегаться взглядом по маршрутам снова и снова, вычисляя неблагополучные точки.

Сидя в офисном кресле на углу крыши, Читер лениво жевал оригинальный бутерброд: толстенный прямоугольник твердого сыра намазан сливочным маслом, а выше поблескивает янтарно-оранжевый слой красной игры. Окажись здесь Март, не обошлось бы без критики на тему отсутствия пива к столь соленой закуске. Но раненым алкоголь нежелателен, да и здоровым он на пользу не идет. Какой прок от того, что печень иммунного можно в спирту вымачивать без последствий в виде цирроза и прочего? Пьяный человек в столь непростом мире — это мишень повышенной уязвимости. Даже малые дозы пагубно отражаются на реакции, внимательности и координации, так что на этой крыше действует строжайший сухой закон.