Израсходовав половину ленты, выгадал себе передышку, не позволил захлестнуть машину лавине урчащих уродов. Подхватил автомат, вставил последний снаряженный магазин, начал работать одиночными, экономно валя самых шустрых, вырывавшихся вперед. Неплохо с этим справлялся, мысленно отсчитывая патроны, но тут случилось страшное: элитник зашевелился и начал неуверенно подниматься.

— Да когда же ты подохнешь! — заорал Читер, вновь становясь к пулемету и давя гашетку, одновременно активировал Улыбку Фортуны — свое единственное умение.

А вдруг хоть это поможет пулям бить туда, куда надо, ведь сам он плохо представлял, как упокаивать такого колосса, тупо лупил в одно место.

Очередь в пятно, оставленное гранатой на щитке биологической брони. Еще одна очередь и еще. Скупо и точно, высекая искры из лучшей защиты на Континенте, со злобной радостью замечая, как от нее отлетает один кусок за другим.

Да Читер сейчас не стрелок, он буровик, только вместо бурового станка у него пулемет, а бур заменяют бронебойные пули.

Монстра и без того неслабо шатало, а тут, под таким обстрелом, он завалился на спину и начал сучить ногами.

Знакомые дерганья.

Готов.

Смел остатком ленты уже подбегающих лотерейщиков, добил из автомата еще одного, на которого пулеметных патронов не хватило. В самом конце и он щелкнул вхолостую.

Ну вот и кончилась песня. Тварей почти не осталось, но и Читер пуст. Толку, если этих добьет, ведь появляются все новые и новые. Ему не дадут времени перевязать раны и перезарядить магазины, а пулемет вообще без вариантов, патронов к «главному калибру» нет.

Да он даже кирку потерял. Она валяется где-то внизу, в завале из десятков тел, прикопавших бок пикапа с направления атаки.

По этому завалу и взбежал последний лотерейщик, радостно скалясь и занося для удара лапу. Читер без промаха выстрелил в распахнутую пасть пару раз из пистолета, выхватил топорик, упокоил одного бегуна, второго, третьего. Четвертый упал, утянув оружие за собой. Последним патроном добил следующего, выхватил нож, прыгнул вниз, с полета ударом ноги свалил наземь окровавленного от макушки до пяток мертвяка, вбил лезвие в глаз, провернул с хрустом.

За ногу схватился еще один калека недобитый, тут же с довольным урчанием вцепившись зубами чуть ниже колена. Завывая от боли, Читер врезал кулаком в его споровый мешок и покатился в обнимку с подоспевшим следующим, заныривая в грязную воду, откуда-то натекшую в туннель. Мертвяк тем временем рвал массивными когтями щеки, зубами наводясь на нос, но отвалился в сторону вместе с ножом, засевшим глубоко в виске.