«Март, да ты не представляешь, сколько здесь добра…»

«А мне и представлять не надо. Ты не о том сейчас думаешь, ведь это не только добро, это еще и мясо. Много мяса. Мясо дает запах, а на запах обязательно заявятся неприятные товарищи. Оно того не стоит. Хотя это твоя жизнь, тебе решать. Ладно, удачно провести ночь, а я отключаюсь. Не буду отвлекать, у тебя много работы, а может, и полет на респ на носу. Бывай».

Да уж. Этот Март насквозь мутный: то ли друг, то ли товарищ, то ли просто странноватый знакомец, имеющий на Читера какие-то непонятные виды. А сейчас показал, что ему совершенно неинтересно поле боя, на котором почти полтысячи зараженных осталось. Не привлекла его доля в пятьдесят процентов от такой добычи, даже не подумал ради нее пошевелиться.

И Читер уверен, что, предложи ему полные сто, результат иным не станет. Марту все трофеи этого поля боя совсем неинтересны.

Совершенно непонятный тип.

Читер ни разу не врач, потому попытка поставить себе капельницу увенчалась лишь частичным успехом. Часть физраствора вылилась бесполезно, часть ушла под кожу, отчего предплечье уродливо распухло, и лишь оставшаяся жидкость попала по назначению — в вену.

Лучше бы не слушал этот совет. Только время впустую потратил, ни малейшего улучшения не почувствовал. Вот от пары солидных глотков живчика эффект проявился мгновенно: сразу на ноги поднялся, пошатываясь, направился к первой туше, затем ко второй, третьей и так далее. Выбирал лишь тварей, уровнем не ниже заматеревшего лотерейщика. Как ни хотелось и остальными заняться, понимал, что это отберет слишком много времени.

И без того шансы вырваться из города с добычей не сказать что чересчур велики, не стоит все усугублять глупейшей жадностью.

Содержимое споровых мешков высыпал в пакет из толстого пластика, без разбора, вперемешку с паутиной. Иногда даже терял добро, роняя спораны (а может, и что-то поценнее) в непроглядную воду. Торопился сильно, да и руки плохо слушались, тряслись из-за озноба, то и дело сотрясающего тело.

Мало того что при кровопотере мерзнуть — обычное дело, так еще и ноги выше колен промочил в холодной и грязной воде.

От спешки отказался лишь в нескольких случаях, когда потрошил элитника и крутых тварей, до элиты недотягивавших. Руберы и около того. Тоже опаснейшие особи и тоже богатые на разнообразные трофеи. Вот их мешки выпотрошил бережно, все силы приложив ради того, чтобы из добычи ни единого спорана не потерялось.

Времени все равно угробил прорву. Дело, похоже, уже к рассвету приближается, а он еще с места не стронулся. Какой толк от мешка трофеев, если Читер торчит в открытом с двух сторон подземелье, откуда по всей округе растекаются привлекательные для зараженных ароматы. То, что мертвяки до сих пор не появились, следствие редкого везения. Дождь не только вымораживает обескровленный организм, с ним многое упрощается. И запахи не так сильно ощущаются, и звуки приглушаются.