Сон не шел. Юноша лежал и думал о своих спасителях. Было обидно, что его бросили. Умом Данут понимал, что он должен сказать оркам большое спасибо. Они не стали его добивать, взяли с собой, перевязали, заботились. Более того, они сумели вылечить! Данут отдавал себе отчет в том, что после ранения, которое он получил, редко выживают, а если и выживают, становятся калеками. А ведь никто не обещал, что орки будут добрыми няньками. Спасли человека, а что еще? Довести его до дома, уложить в теплую постельку, рассказать историю? Нет уж. Дальше он должен сам выкарабкиваться. Вон, даже палатку оставили, поделились водой и едой. А без оружия — так кто даст оружие врагу? И ведь неизвестно, как бы поступили люди, наткнись они на умирающего орка. Ну, сам—то он точно, добивать бы не стал, а вот стал бы помогать? Лечить, заботиться, менять изгаженное белье?

Он проснулся глубокой ночью от тревожного чувства. Что—то было не так. Не то, ночные птицы перестали петь — их кто—то распугал, не то луна померкла — сквозь полотняный полог неба не видно. Данут не мог точно сказать, что же ему не нравилось. Так иногда бывает. Может, тревога ложная, но лучше прислушаться к себе, спросив совета у внутреннего голоса. А он (внутренний голос) подсказывал, что нужно выбираться из палатки. В ней тепло, уютно и даже появилось чувство домашнего гнезда, но в то же время, палатка может стать ловушкой. Очень тихо, стараясь не потревожить траву, юноша выполз наружу и отполз в сторону, стараясь быть невидимым.

К палатке подходило нечто странное — длинное, тощее, в широкополой шляпе, похожее на призрак или ночной кошмар. Видимо, некромант все—таки не ушел, и не забился в дыру, а двигался следом, надеясь на удачный момент.

Что же, момент действительно удачный. Данут выпрямился, сжал в руке оружие и грустно осознал, что боец из него ... Да, боец пока из него никакой. Проклятая слабость не позволит как следует размахнуться, чтобы размозжить череп некроманту. Но все—таки, слабость, это еще не повод для трусости. Нет уж, он еще побрыкается!

Парень начал раскручивать тряпку с камнями, чтобы ускорение придало оружию побольше ударной силы. Если треснуть по башке сзади, а потом еще раз, и еще, то можно компенсировать качество удара его количеством.

Но шум рассекаемого воздуха его выдал и некромант обернулся.

— А вот ты где, — радостно сказал Урион. — Как я и думал — орки оставят тебя по дороге! Зачем им тащить с собой падаль?

Данут молчал, продолжая раскручивать оружие. Неожиданно — как он думал — нанес удар. Но движения были замедленными и некромант легко увернулся. Слабость человека еще больше раззадорила укротителя мертвых.