Данут лежал на животе, было ужасно неудобно, но он понял, что его занесли в какую—то палатку, прямо на голую землю. К тому же, мокрую и холодную, отчего юноша сразу же начал мерзнуть.
— Оставьте нас.
Голос был тихий, но в нем ощущалась такая сила, что Дануту самому захотелось встать и уйти. Или выползти.
«Наверное, это орочьий шаман, — грустно подумал Данут. — Сейчас он начнет вызывать духов. Пока они соберутся, я тут загнусь от холода».
— Если умрешь — выкажешь свою слабость. Хочешь умереть — умирай.
«Он что, мысли читает? — насторожился Данут. — Хотя, какая мне разница, если умру?»
Поразмыслив, насколько хватило сил, парень понял, что мысли шаман не читает, просто все совпало. А духи орков вряд ли помогут человеку. Решив, что он сейчас все равно умрет, парень успокоился и, даже перестал мерзнуть.
— Хорошо, — с удовлетворением отметил шаман. — Ты стал теплее. Сейчас терпи, потому что будет очень больно. Если вытерпишь, будешь здоровым. Возьми...
Шаман вложил в рот юноши палку. Зажимая ее в зубах, Данут ощутил во рту терпко—горький вкус черемухи и, мысленно порадовался, что ему сунули не еловую или не осиновую. А потом ему стало не до вкуса, потому что в спину ударила такая боль, что хотелось потерять сознание или умереть.
Но умереть или потерять сознание не удалось. Проклятый шаман копался в его спине, ковырялся в ранах — и, не иначе, что его пальцы были из раскаленного железа! Данут хотел кричать, извиваться от боли. Даже простой стон показался бы ему счастьем. Но крик погасал где—то внутри, в горле, а стоны, уткнувшись в терпкую горечь черемухи, превращались в глухое рычание.
— Вот и все, — услышал парень удовлетворенный голос. — Я соединил разрезанные ткани твоего тела, а ткани своей души ты должен соединить сам.
Данута начал бить озноб и он плохо себе представлял, какие ткани души он должен соединить? Да что там! Парень вообще плохо понимал, а что такое душа!
— Спи, — приказал шаман и юноша заснул.
На этот раз он спал без сновидений. Проснулся мокрый от пота, с чувством невероятной слабости. Зато — голова ясная, а спина болела. А еще, очень хотелось есть. Просить пищу у орков не хотелось. И хотя за последний день он узнал об орках больше, чем за все предыдущие семнадцать лет, и парень понимал, что они не едят на завтрак человеческих младенцев и не делают рагу из стариков, но... Кто знает, что они едят.
Полежав час, другой, юноша пришел к выводу, что орки вряд ли едят крыс или червяков. А уж пить—то они точно должны обычную воду, а не кровь жабы.
Глава 13. Предательство и благородство — продолжение