По главной улице неспешно шагали волки. Крупные — с доброго теленка, с умными глазами, посаженными на лобастый череп. Серые неспешно трусили, построившись в колонну по два, как опытные солдаты на марше.

Волков было не много — всего восемь. То есть, не столько, чтобы начинать всеобщее вооружение, но и не столько, чтобы не обращать на них внимание. Конечно же, внимание на них обращали, но не больше, чем на старого огра, забравшегося в поселок неделю назад. Оценивающе прикидывали — а чего им здесь надо? Ну, кто же всерьез решит, что восемь волков, среди бела дня, ранней осенью, припрутся резать людей? Значит, им что—то нужно.

К слову — старого великана никто убивать не стал. Набросили арканы и осторожно вывели из селения, указав направление к собственному городу. Все—таки, орки и огры недавно были союзниками в войне с людьми. И, пусть кое—кто говорит, что с такими союзниками и врагов не надо, но все равно ...

Волки неспешно прошествовали к зданию Совета старейшин и, усевшись перед дверью, дружно завыли. Дверь распахнулась и серые, перестроившись в шеренгу по одному, без спешки и суеты скрылись в помещении.

— Подождем немного, потом пойдем, — кивнул вождь Дануту. — Стесняются они прилюдно оборачиваться.

Оборачиваться? И только сейчас до юноши дошло — что это за странные волки нагрянули в селение. Ликантры — полуоборотни—полумаги, о которых в землях Фаркрайн ходили сказки. Мол, живут ликантры на берегу Вотрона, хранят свои территории, не выходя за пределы границ, не пуская к себе чужаков, а тех, кто все—таки зашел, уже никогда не выпускают обратно. (Разве что в войско холодной паствы!)

Вот, стало быть, почему Далина прислала мужу одежду. Наверное, ему самому тоже не понравилось бы, если бы перед ним появился волк, одетый в безрукавку из человеческой кожи. Да, а как хозяйка узнала, где ее муж? С утра они с Шумбатаром ходили на пристань, потом на дальний склад, где и хранились глиняные шары, потом пошли искать безопасное место. Вспомнился старый анекдот: «У мудреца: — Как называется жена, всегда знающая, где ее муж? — Вдова, — ответил мудрец».

— Пойдем, — прикоснулся Шумбатар к плечу юноши.

— А разве мне можно приходить на заседания Совета старейшин? — удивился Данут.

— А разве это кому—то запрещено? — ответил вождь вопросом на вопрос, подталкивая парня к входу.

А ведь и впрямь. Это он вспомнил про заседания собственных городских Советов, обставленные с пышностью и секретностью, когда у входа непременно стоит пара охранников с дубинками, демонстрируя свою значимость. Впрочем, даже в их собственном поморском поселке, заходить в общинную избу, когда там сидели и совещались старшины, было строго—настрого запрещено. А старшины совещались, порой всю ночь напролет, что под утро жены и дети тащили их по домам чуть ли не волоком.