— Почему же? О тебе думаю, — подмигнул ей, пока она покраснела и спрятала глаза.
А вот и спальня, откуда идет самый сильный сигнал. Когда открыли дверь, я обнаружил такой же алтарь, который был у меня в особняке Марковых и на складе. Но есть и отличия: он куда больше, занимает почти треть спальни.
— Это то, о чем я думаю? — спросила майор.
— Да, — подошел к алтарю ближе.
Прикоснулся к нему, и мое сознание на мгновение потухло. Показалось, что меня словно из тела вырвало. Картинки быстро менялись, пока я не почувствовал десятки, сотни таких алтарей только в столице.
Пришел в себя от того, что капала из носа кровь. Начал слышать, меня звали, трясли. Девушки орали.
— Тише, — поднял руку. — Голова болит.
— Что случилось? Ты в порядке? — спрашивали они по очереди.
Еще собирал картину в целое. Это… Меня заинтересовали. Кто же за всем стоит? Попытался двинуться, но ноги словно прилипли к полу. Не могу пошевелиться. Предчувствие тихо заныло.
— Уходите, — тряхнул головой. — Сейчас еще кое-что проверю и спущусь.
Почему они такие упертые? Солдаты меня послушали, а две особо важные персоны нет. И приказать пока не могу им. Огляделся в спальне, чтобы найти еще какие-то детали.
Сначала не обратил внимание. Кровать, стулья, кресло — все отодвинуто. Но не в хаотичном порядке, а так, будто кто-то торопился. Нет. Тут что-то есть, и знакомое. В голове начертил расположение и, когда к этому рисунку добавил алтарь…
Твою мать! Это же абсхир… Ритуальное расположение предметов для принесения жертвы. В моем мире его делали несколько стран. Как тут такое может быть?
— Борис! — позвала меня Софья.
— Подожди, — больная голова работала как бешеная.
— Солнцев! — крикнула Майорова. — Я двигаться не могу. Ноги не слушаются.
— У меня тоже, — подтвердила Долгорукова.
Алтарь перестал посылать сигнал. В этот момент в нем что-то щелкнуло, и конструкцию начало распирать. А потом прогремел сильный взрыв. Яркая вспышка ослепила.
Глава 16
Действовал на рефлексах. Легким наше падение точно нельзя будет назвать. Сформировал купол из металла для себя и девушек. «Приклеенные» оторвались. Удар, еще. Легкая невесомость. Вниз.
Сосредоточился из последних сил, чтобы укрепить купол. Получилось запихать даже звук как прослойку для мягкости. Еще один удар. Темнота…
Пришел в себя внутри защиты, которую смяло. Дернулся, ноги сломаны, ребра на одной стороне тоже, рука разрезана осколком. Остановил поток мыслей, хлынувший в голову. Сначала восстановление.
Достал лечилку и конечностью, которая пока меня слушалась, опрокинул в рот. Приятное теплое ощущение распространилось по пищеводу. Повторил процедуру. Железа стучала, толкая жидкость по всему телу.