— Давай обратно я сам нас поведу, так будет быстрее, — чувство просветления до сих пор ощущается приятным теплом в конечностях и необыкновенной легкостью мыслей.

Фрим лишь пожал плечами, пока вставал рядом со мной, а потом я крепко схватился за его руку, чтобы пронести с собой через огромные пространства. И у меня это вышло, путь оборвался прямо у двери в библиотеку Кенноя. Впервые я смог переместиться по этажу настолько далеко. Кажется, что фантомное понимание Бесконечного Лабиринта отпечаталось в подсознании, поэтому для меня это уже не настолько запутанное и хаотичное место, ведь сам алгоритм, созданный Архитектором Решений, имеет четкие правила сотворения, пускай и с элементом рандома.

Альмадомар уже ждет меня и улыбается сразу, как только увидел в холле убежища Фонарщиков. Мое возвращение означает, что теперь его черед блистать, хотя ему не позавидуешь из-за роли курьера, который должен отнести супер яд к ядру Лабиринта.

— Тебе нужен отдых? Я готов приступать хоть немедленно, — здоровяк по привычке возбужденно взмахивает рукой, но на самом деле бросил мне предмет, который пригодится, когда яд будет доставлен.

— Нет, не нужен. Напротив, после боя стал чувствовать себя еще лучше. Тогда сейчас займемся синтезом яда, но лучше это сделать за пределами библиотеки.

Больше никаких обсуждений, все планы уже давно составлены. Мы выходим наружу, а Альмадомара отправляем даже чуть дальше, но в пределах видимости. Теперь я призываю из Малого Простора душу Ахерона, похожую на Апельнорский Философский Камень, только со светящимся ядром. Яд нельзя синтезировать в ментальном пространстве, только подготовить нужные формулы и реакции. Если бы Ахерон попробовал завершить яд внутри, он бы начал разъедать меня изнутри, так как является арканной структурой.

Сфера души чуть вращается и пульсирует, а я способен слышать слова чародея, сообщающего о готовности начала синтеза. В этом я ему помогу достаточным количеством арканы, чтобы он смог сотворить свой символ в реальном мире. То, что он в принципе так может, пускай и с моей помощью, говорит о том, что он при жизни был невероятен.

— Нужно больше свободного места, — доносится от души.

Это я говорю Фриму, который кивает и ведет нас в другое место, находящееся неподалеку. Бесконечный Лабиринт постоянно меняет свои облики, поэтому я с удивлением смотрю на огромную арену с песком под ногами. Над нами возвышаются пустые зрительские ряды, а по периметру горят большие жаровни. По площади место чуть больше футбольного поля и очень похоже на Великую Арену с пятого этажа.