— Приготовься, я начинаю…

* * *

Пленный продержался очень долго, мне удалось сделать всё, что я запланировал для него. Первые пару часов он ещё мычал и кричал от боли, но затем уже мог только стонать. Уверен, что он желал сдохнуть побыстрее, но я не позволял ему окунуться в спасительное небытие. Даже когда он терял сознание, то приводил его в чувство.

Всего за шесть часов он испытал такие муки, что даже не попытался чего-то скрыть от меня, когда я начал задавать свои вопросы. Он отвечал крайне подробно, рассказывал о каждой мелочи и охотно уточнял информацию стоило мне попросить. В конце концов я влил в него побольше целебного зелья, привязал понадёжнее и вернул кляп на место, после чего поднялся наверх, где меня ждал отец.

— Они из Доминиона Света, — сказал я, бросив на стол окровавленный свёрток. А затем вперился взглядом в отца. — В этом замешаны треклятые эльфы.

— Прошлое всё же настигло её и тут, — едва слышимо произнёс Немрок. Но тут я стукнул кулаком по столу отчего он чуть не подскочил.

— Что вы от меня скрывали⁈ Мать знала, что за яд использовали для её убийства! Эти люди пришли убить именно её по приказу одного из лидеров Доминиона, что напрямую связан с аристократией Светлой Империи! А сейчас ты говоришь о каком-то прошлом! Пора начать говорить, отец.

Орку явно было тяжко говорить на эту тему. Я его понимал, он же ведь всего около восьми часов назад потерял любимую жену. Но я потерял мать и мне нужны были ответы для того, чтобы составить полную картину произошедшего. Если будет нужно, то извинюсь позже.

— Она мало что говорила о своём прошлом, — наконец-то начал свой рассказ Немрок. — Она перечеркнула свою прошлую жизнь и начала жить заново в нашем племени. Но не заметить её нелюбовь к своим сородичам было сложно. Да, она не любила, когда твой друг-гном называл эльфов ушастыми, но это было сущей мелочью. В остальном же она видимо была даже не против если всю Светлую империю сожгут с её населением. Как же она была рада, что в итоге в твоей внешности больше преобладали черты орка, а не эльфа.

— Такая ненависть не возникает на пустом месте, — заметил я.

— Да. Мы впервые встретились, когда напали на конвой эльфов и подчинённых им людей. В те времена мы ещё ходили в набеги и убить парочку эльфов считалось хорошим делом. Уже после того, как мы всех убили мы узнали, что они везли не какой-то ценный груз, а везли твою мать в клетке. Со временем она призналась мне, что считается не просто преступницей на своей родине, а «предательницей крови». Миримэ так и не объяснила, что именно это значит, но, по её словам, выходило что каждый эльф сочтёт своим долгом убить её.