В этот момент к нам подвели пленного. Выглядел он жалко. У него не было пальцев на руках и ногах, носа, ушей, языка, губ и век. Все кости в руках сломаны, а кожа со ступней срезана. Каждый шаг отдавался ему жуткой болью, он бессвязно мычал и был бы рад избавиться от этих мук. Что ж, его желание вот-вот сбудется.

Мой отец подошёл к нему и схватил за грудки.

— Ты сопроводишь мою супругу к духам, — сказал Немрок, а затем кинул пленного прямо в костёр.

Сразу же послышались его крики, запахло палённым мясо. Если тело матери мы подготовили к сожжению и обработали его ароматическими маслами, чтобы не было этого жуткого запаха, то для этого урода мы вообще ничего не сделали, даже не кормили и не поили в эти два дня. И можете думать что хотите, но мы с отцом наслаждались этим запахом.

Когда пленный затих, а его тело потихоньку начало обращаться в прах вместе с телом матери, я подошёл поближе к погребальному костру. Вытащил из ножен свой гладиус и воткнул его в одно из оставшихся целым брёвен. Немного обжёгся, но это ерунда. Я повернулся к собравшимся и во всеуслышание заявил:

— За смерть одного Клыка убьём сотню!

— За смерть одного клыка убьём сотню!!! — Откликнусь соплеменники.

Это было ритуалом обещания мести. На погребальном костре своей матери я пообещал найти и покарать виновных в её смерти. Такие клятвы имеют особую силу.

Через полчаса костёр полностью погас, оставив после себя только пепел. Уже все разошлись, тут остались только я, отец и Грош. Немрок склонился над пеплом и прощался с супругой читая старые оркские молитвы. Мы с вождём стояли рядом и не мешали ему.

— Я беспокоюсь об отце, — сказал я Грошу. — Он очень тяжело переживает смерть матушки.

— О нём не переживай, следующие недели я не спущу с него глаз и буду нагружать всякой работой чтобы ему некогда было впадать в апатию. А ты-то в порядке?

— Нет, — честно признался я. — Но оклемаюсь со временем. К тому же у меня теперь появилась цель и пока я не добьюсь своего у меня не будет времени на что-то другое.

— Что ж, ты хотя бы честен. Иди, друзья ждут тебя. А твоей отец пока поживёт у меня, будет под постоянным присмотром.

Я кивнул вождю, а затем отправился к себе домой. Там меня уже ждали друзья детства.

— Хотя бы одна сволочь получила по заслугам, — грустно произнёс Каль буквально гипнотизируя кружку с медовухой. — Только вот это не приносит никакого спокойствия. Ты в порядке Аль?

— Мне просто нужно время. А ещё лучше дождаться окончания зимы и тогда я приступлю к выполнению данной мною клятвы. Тогда мне станет совсем хорошо.