В итоге этот метафизически-социальный монстр пережевал и Федота сына Григорьева, подарив ему новую мечту и смысл жизни. Его более не интересовала учебная программа, оценки скатились до общего удовлетворительного уровня, потому как вместо того, чтобы зубрить сухие учебники и конспекты, парень с основательностью крепкого посадского хозяйственника посвятил всего себя борьбе, плечом к плечу с новыми друзьями, за идеалы чистоты людской расы и мечты патрициев-основателей движения. Ни на секунду даже не задумавшись о том, что сам он, вообще-то, даже не является гражданином Москвы.

И начались стачки, студенческие забастовки и тайные собрания партийных ячеек. Пьянки, гулянки и идейная девочка Люся из Московского Архитектурного Колледжа для благородных девиц, которая отныне скрашивала его серые будни и планировала после неприметной победы, когда патриции, консулы и легаты наградят их всех по заслугам, создать вместе с ним крепкую ячейку «нового общества». Ну и, конечно же, пьяные разговоры о том, какое оно будет, то самое лучшее будущее… Всё это настолько увлекло посадского парня, что для него стало настоящим шоком, когда неделю назад его вызвали в ректорат и вручили уведомление об отчислении в связи с неуспеваемостью, а также о выселении из общежития.

Благо старшие товарищи из движения не нарушили своего слова и действительно помогли Федоту в трудную минуту. И пусть теперь он жил в небольшой однокомнатной квартире на самом дне, где, помимо него, ютилось ещё девять активистов младшего ранга, то были уже мелочи, потому как он мог продолжать свою борьбу, да и прекрасная Люся всё так же ему благоволила, несмотря на изменившийся статус.

Впрочем, всё это привело в результате сегодня на эту самую скамейку… В груди у него, боязливо трепетало не такое уж и пылкое в этот момент сердце, а сам он в некоей прострации смотрел на два перевязанных бечёвкой вощёных бумажных свёртка, лежавших у него на коленях, которые он судорожно сжимал дрожащими вспотевшими руками.

То были две алхимические бомбы с роторное-электрическим запалом, которые сегодня утром вручил ему центурион их ячейки со словами, что время для настоящей борьбы наконец-то наступило! И его заданием было подорвать их на одной из прогулочных «Сахарных» улочек четвёртого уровня, неподалёку от Десятого Армейского Кадетского Корпуса. В этом месте будущие офицеры обычно устраивали свидания с девушками, да и вообще, обычно днём и вечером крутилось множество зажиточного народа. Из-за своего высокого социального статуса, даже будучи простецами, эти люди в полисе обладали множеством «привилегий», а потому рассматривались движением Правошинельников не как возможные союзники, а как потенциальные враги и реакционеры.