Написание термина «ж*па» через похожую на сжатый сфинктер звездочку служит двум целям – исполняет рекомендацию контролирующих инстанций и превращает слово в идеограмму.

Хочется особо отметить постыдную трусость Голгофского, отказывающегося возвысить свой голос на определенные темы, перечислить которые я не могу по цензурным соображениям, поскольку не хочу лишаться возможности приезжать в Россию с выступлениями и лекциями.

Муся Боцман Песня о пи́нгвине

Премудрый пи́нгвин, живущий в скалах, постигший правду, отвергший бремя, стоял у камня, уйдя в пространство свободы духа и в свет блаженства, где постигают все тайны мира.

Как вдруг раздался тревожный клекот, затмилось небо, и в скал прореху свалился сокол в потоке перьев и менструальной нечистой крови. И понял пи́нгвин, что жизни птице на три минуты, но бедный сокол о том не знает – он по вербовке в утесы прислан.

А сокол поднял свой клюв кровавый, раскрыл и молвил – о глупый пи́нгвин, зачем ты прячешь себя в утесах от бури мира? Тебя забудут – не будет лайков, не будет бабок, не будет девок и вдохновенья не будет тоже. Пора уж влиться в ряды пернатых, свой клич подавших по разнарядке. Там радость мира, там счастье битвы и верный способ клевать от пуза.

Возвысишь голос – тебя пристроят. Еще не поздно найти и койку, и грант достойный. Но ждать не будут, поставят галку, нацелят палку и не допустят потом на елку. Поторопись же, ленивый пи́нгвин – сегодня можно, а завтра вряд ли: наклеют бирку, закроют норку, и англичанка с дубовой ветки тебе обгадит моральный облик.

Ответил пи́нгвин – о смелый сокол, не охуел ли ты от полета? Ты может думал, что глаз мой третий не видит ясно сквозь твой кишечник? Или решил ты, что мир покинув, я стал доверчив и слеп, как камень?

Вот вспомни, сокол, как обосрался ты в прошлом веке, когда трудился на пять разведок, и на охранку работал тоже.

А был ведь выбор, был путь достойный. Когда б ты взвился в пучину неба и пал домкратом на лысый череп, не лучше ль было б для той России, что мы пустили под хвост Европе?

Иль ты подумал, что изменилось хоть что-то с дней тех уныло-страшных? Ведь немка та же, и только злее, и англичанка все так же гадит. И в новых циклах, о буйный сокол, свершится то же, что было прежде, и бомбы снова уронит Остров на воскрешенный германский разум.

Нет в мире смысла, нет в мире сути – есть хитрость речи и подлость духа. Все остальное – лишь солнца блики на гильотины ноже кровавом. Ни зги не видя, не слыша Неба, как можно звать на погибель малых?

Не мы решаем, где грянет буря, одно мы можем – не делать злого. Мы не изменим устройство мира, но есть дорога к освобожденью. Его природу понять пытаться и устремляться к великой цели, тщету увидев земного тленья – вот мудрость жизни, безумный сокол.