Только Зуру был один, против двух существ, поднявшихся до его уровня, благодаря поглощенной силе Собирателя Душ. Он сумел сильно ранить их обеих, прежде чем они смогли его одолеть. Элим обратился в живой слух, когда Зуру начал говорить перед своей смертью.
Его слова были объяснением неудавшегося покушения на Иркана. Он поведал сёстрам причину, по которой они не смогли полностью отобрать силу у Собирателя Душ. Эта сила привязана не к сознанию, а к душе носителя. Поэтому как бы близки они ни были, лишь одна из них сможет стать обладателем всей силы в то время как вторая не получит ничего.
Элим, проникшись безграничным уважением к Первомагу, наблюдал за тем как тот смеется, глядя на то, как сёстры одновременно бросились друг на друга.
— Он действительно был сильнейшим, — сказал Иркан, — а моё невежество его сгубило. Теперь ты увидел события, приведшие к твоим испытаниям, мой наследник. Пора же мне выполнить свою задачу и рассказать тебе, как одолеть своих врагов и стать полноценным Собирателем Душ, вернув баланс в это истерзанное измерение.
Глава 375
— Разведчики нашли ещё одно подземное королевство, — тяжело вздыхая произнес Анзор, — сильное. Уже на периферии они столкнулись с Адептом, пусть и весьма слабеньким. Это двенадцатый этаж. Судя по полученной нами информации столица этого государства располагается на четырнадцатом этаже. На острове посреди моря. Думаю, ты сам понимаешь.
В подземелье вода не воспринималась в качестве данности, как на поверхности. Её количество было очень ограничено. Вода в подземелье — это один из самых ценных ресурсов. Ну а такое большое её количество чтобы назвать морем появляется довольно редко и, как правило, занимается большим и мощным государством. Нередко море в подземелье означает Семя Мира. Скорее всего где-нибудь на том столичном острове его берегут самые сильные воины королевства.
— Сегодня будет совет Альянса. Главным предметом обсуждения станет вопрос о начале новой военной кампании против найденного подземного государства. Если решим воевать меня снова назначат Верховным Главнокомандующим.
Мужчина опустил голову вниз. Взгляд его уперся в собственные ботинки.
— Знаешь, я теперь немного скучаю по временам, когда ты или я, перехвативший контроль над телом, сражались в одиночестве. Не было никаких забот. Собственная жизнь мало заботила, поэтому никакого страха у нас не было. Умрем так умрем. А сейчас… В той столице вполне может сидеть какой-нибудь монарх или его сынок на уровне Воителя. Война встанет нам в десятки, если не сотни тысяч жизней. Это нужно сделать, причем нельзя затягивать. Я это понимаю, но сам не уверен в том, стоит ли нам её сейчас начинать?