Они приземлились перед мастерской промокшие до нитки. Капли дождя плавно облетали Жак’ра обратившим свои светящиеся глаза в небо. Элим же дочерчивал печать на земле, укрытой прозрачным куполом от падающих с неба капель. Формация вырезанная на теле брата ввела его в недоумение: он, как и Жак’ра, не смог понять её назначения.
— Что происходит⁉ — прокричал Анзор, чтобы перебить звук ливня и грома.
Элим ничего не ответил, сосредоточившись на печати. Вся расслабленность последних дней исчезла, уступив место абсолютной сосредоточенности.
— Он сказал вселенной не понравится то, что он собирается сделать, — вместо Элима ответил Жак’ра.
— И что это должно значить⁉
— Не знаю, — ответил бог, — но то что там, в небе, меня пугает.
Небо непосредственно над мастерской потемнело так сильно, что даже град непрекращающихся молний с трудом мог освещать его.
— Вам лучше отойти подальше! — предупредил Элим, закончивший формацию и вставший в её центре.
Очередной разряд десятков молний стал красноречивым предупреждением.
Элим сел скрестив ноги и закрыл глаза. Жак’ра теперь стоял рядом с Анзором, в некотором отдалении от формации и обратил все свои чувства на сидящего внутри человека. Даже повидавший почти все бог изумился произошедшему: Элим начал преобразовывать собственные энергетические каналы, проводя крохотные нити к каждому из нарисованных символов. Причём делал он это с такой скоростью, что Жак’ра невольно задрожал, представляя насколько это должно быть больно.
Буквально за секунды энергетическая сеть Элима полностью преобразовалась. Каждый символ на его коже частично стал её частью. Собиратель Душ взревел — громко, с вызовом. Мана заполнила вырезанную на коже формацию, после чего мужчина направил энергию в нарисованную на земле печать.
С небес сорвался целый столп молний, направленных на одного единственного человека.
Жак’ра хотел было закрыть Элима от молний: он с трудом представлял, как после такого процесса преобразования энергетической сети можно иметь силы защититься. Но стоило ему почувствовать, что несут эти молнии как он с ужасом отшатнулся.
Эти молнии стали проводником воли столь могущественной, что попытайся он стать у них на пути, то его душу искалечило, а сознание разорвало, превратив в овощ с божественным телом.
Это была воля самой Вселенной.
И эта воля обрушилась на скрытого от взглядов столпом молний человека.
Глава 389
Кровь из носа и ушей Элима брызнула, как только в него попали молнии. Огромный поток воли надавил на него, пытаясь разрушить, расщепить, разорвать и стереть его душу и сознание. Мужчина сцепил руки в замок перед собой, сосредоточившись так как сказал ему Иркан.