— Жил я как-то почти двадцать лет без чужой силы, так еще бы два раза столько прожить — а большего мне и не нужно.
— Что ж, ратник, как знаешь, — покачала головой женщина. — Ты в своей жизни сам хозяин, сам должен решать. Пошли-ка в дом, я тебя накормлю.
Ведьма открыла дверь, пропуская парня вперед. А тот, опустив голову (притолока-то низкая), вспомнил сказку про бабу Ягу. Что там бабуля говорила зашедшим к ней путникам? Мол — накормлю, да в баньке попарю. Накормлю — так значит, чтобы гость пожирнее да повкуснее стал. А баньку, оно тоже понятно. Гость пробыл в дороге, весь грязный. Лучше всего чистенького съесть. А не то подцепишь какую-нибудь заразу, лечись потом.
Но все-таки, в младшей сестре Якоша он пока не увидел признаков людоедки. Впрочем, а что за признаки-то? Ну, станет она его есть, тогда и узнаем. А пока-то чего суетится?
Уже на пороге Ярослав спохватился. Кивнув на спящего Татеня, спросил:
— А что с моими товарищами? Вон, со стариком? А с оборотнем?
Ведьма фыркнула:
— Старик пусть спит. Нечего ему слюни пускать, да на меня пялиться. Есть захочет — проснется, миску щей я ему налью. А оборотень пусть по лесу шастает. Нечего ему на моей поляне делать. Вот, лошадей приведет, да доспехи ваши, что вы по лесу растеряли отыщет, пусть тогда и является. Должна же от оборотня какая-то польза быть, кроме вреда?
Глава 13 Первостепенные задачи
Ярослав то и дело ловил себя на мысли, что не в силах противиться словам ведьмы и готов делать всё, что бы она ни попросила. И это ему очень не нравилось. По крайней мере, то, какой властью она обладает, откровенно пугало. Опять же, непонятная ситуация с её братом и самим Ярославом. Мало ли, что она себе надумает.
С одной стороны, она уверена в том, что Якош Святославич жив. С другой стороны, кто знает, что у этой ведьмы на уме. Ещё и та самая кадка, которая когда-то забрала силу у Якоша Святославича. А что, если она применит её сейчас против Ярослава? Заберёт себе силу и отправит его по добру-поздорову? И какой-то определённости совершенно нет.
Ярослав так и вертел у себя в голове эти мысли, когда они наконец оказались в просторной и светлой избе.
Удивительно, но изнутри она оказалась гораздо больше, чем снаружи. Не мог такой огромный зал поместиться в том тереме, который Ярослав видел до этого. Тот снаружи казался от силы под сотню квадратных метров, а тут едва ли не спортзал.
— Слушай, — спросил вдруг Ярослав, — а ты меня обратно-то отпустишь?
Девушка хитро обернулась, и окинула его взглядом.
— Не себе же мне тебя оставлять, — улыбнулась она. — Парень ты, конечно, симпатичный, но мне и без тебя хлопот хватает.