- Это да...- в очередной раз вздохнул Юрий Борисович, по всей видимости втайне сожалея об этом. - Я только Пугачёву и разглядел более-менее. Благо она была в красном платье, а когда руки в разные стороны раскинула, то оно стало и вовсе, как пододеяльник. И знаете что? - с прищуром посмотрел он на Аллу Николаевну.
- Что? - без интереса спросила она.
- А то, что её песня "Старинные часы", которую я слышал несколько раз, но не сильно вникал в слова, вообще без рифмы.
- То есть как это? - удивилась Алла Николаевна.
- А вот так вот! - с превосходством посмотрел на неё первый секретарь, явно придя в хорошее расположение духа от того, что хоть чем-то смог удивить её и сбить с неё высокомерную маску.
Хотя он по праву считал, что чаще с некоторых людей маску снимать вообще не следует, так как она может оказаться намордником. Но в этот момент он всё равно испытывал торжество, глядя на глуповатое лицо Аллы Николаевны, которая нахмурила лоб и видимо вспоминала строчки песни.
- А ведь действительно. - подняла она на него свои удивлённые глаза. - Текст-то без единой рифмы!
- Всё-таки иногда громкий звук в уши даёт положительный результат, едрит его за ногу. Я каждое слово расслышал и очень удивился. Н-да-а-а...- усмехнулся он. - Но я совершенно не ожидал, что наш музыкальный ансамбль попросят выступить со вторым номером! Хорошо хоть они приличную песню исполнили, не всё видимо так уж плохо с этой девочкой, есть у неё и положительные песни.
- Я бы не так сказала. - недовольно ответила ему Алла Николаевна. - Вы в зале слушали душевную песню, а мы потом такое от неё услышали, что у меня чуть инфаркт не случился!
- Как это?! - изумился первый секретарь. - Неужели она ещё и похабные песни сочиняет?! Или антисоветские?!
- Хуже. - добила его женщина, вмиг испортив ему приподнятое настроение. - И вот в связи с этим, как только мы приедем домой, то вынуждены будем срочно собрать экстренное совещание.
- А без него обойтись никак нельзя? - без всякой надежды спросил погрустневший Юрий Борисович.
- Наоборот, нам просто необходимо это сделать, чтобы потом не случилось беды. И как назло ещё этот банкет, на который и ансамбль тоже пригласили.
- Как?! - воскликнул Юрий Борисович. - Разве дети тоже идут?! По дороге в зрительный зал Александр Владимирович сказал нам, что после концерта нас приглашают на приём, но я даже не спросил всех или нет, так как благоразумно посчитал, что он подразумевал только взрослых людей. Вот же не было печали!
- Хотя надо отдать Кире должное, она просила товарища Акулова, чтобы там на приёме обошлись как-нибудь без их ансамбля. Но тот был непреклонен и даже намекнул, что своим отказом они оскорбят товарища Брежнева.