К капитану подскочил здоровенный боевик. Увернулся от его ударов, замахнулся клинком. Я выстрелил врагу в голову. Мужик дёрнулся, взмахнул руками, но, как ни удивительно, не упал. Правда, в следующую секунду капитан врезал ему в живот, заставив согнуться пополам, а затем припечатал смачным апперкотом. Здоровяка аж к потолку подкинуло.

И тут один из убитых боевиков вдруг сел! Помотал башкой, как будто его просто оглушили, и начал вставать.

Регенерат! И сколько тут ещё таких⁈

Словно отвечая на мой вопрос, зашевелился ещё один.

Капитан схватился со следующим боевиком. Как только тот упал, сокрушённый его ударами, одарённый взмахнул руками, и физика сбило с ног, протащило по полу, а затем подбросило к потолку — как будто под ним что-то взорвалось. Когда он рухнул, сияния вокруг предплечий уже не было.

— Влад, назад! — крикнул отец, выступая вперёд. Его пальцы снова трепетали огнём. — Беги, я их задержу!

Предложение было глупым. Бежать мне некуда.

«Чупа, клинок!»

Моя рука начала трансформироваться, превращаясь в длинный меч. Вокруг него вспыхнуло зловещее алое сияние.

— Огонь, отец! — крикнул я.

Коридор снова заполнился гудящим пламенем.

Я ринулся вслед за ним.

Две секунды — и техника профессора Громова была в очередной раз погашена энергетом. Однако пока он этим занимался, я успел преодолеть разделявшее нас расстояние. В миг, когда огонь исчез, мы оказались лицом к лицу. Стремительный удар — и мой клинок рассёк одарённого, как раскалённый нож — масло.

Последний боевик попятился, выставив перед собой меч. Два регенерата успели подняться и подобрать оружие.

Двое против троих. Это уже совсем другой расклад!

Я двинулся к ближайшему противнику.

Издав глухой возглас, он ринулся в атаку. Я блокировал адресованные мне удары, стараясь держать ещё двоих боевиков в поле зрения.

Впрочем, с ними сразиться мне не довелось: отец создал новое пламя, превратив обоих в живые факелы. Живыми, правда, они были недолго.

Дождавшись удачного момента, я выбил клинок из руки своего противника и снёс ему башку.

Из-за огня в коридоре стало чертовски жарко. По мне градом струился пот. Пришлось вытереть рукавом лицо.

Я поймал взгляд профессора, направленный на демоническую руку.

— Можно узнать, что это такое? — спросил он, нахмурившись.

— Нет, — ответил я. — У тебя свои секреты, у меня — свои. Давай выбираться, пока не нагрянули новые полчища.

— Ты прав, — кивнул отец. — Идём!

Мы поспешили к выбитой двери.

За ней обнаружился ещё один тоннель, но уже пошире и покороче. Его мы преодолели за полминуты. Дверь в конце перехода была выбита и валялась на полу, искорёженная энергетическим ударом. В проём тянуло прохладой, ибо за ним начиналась улица.