Несмотря на то, что рабочий день был в самом разгаре, здесь оказалось довольно людно. Дворник без особого усердия сонно махал метлой, сгребая мусор. Две толстые пожилые тётки с лицами профессиональных сплетниц о чём-то судачили на лавочке у соседнего подъезда. Молодая мамаша, слегка покачивая коляску, завешанную марлей, медленно прогуливалась в тени огромного тополя, уткнувшись в книгу. Пара мужиков основательно расположилась в беседке посреди двора выставив на стол пару трёхлитровых банок с пенным напитком и целую вязанку мелких вяленых рыбёшек. Из общей картины слегка выбивался коренастый мужичёк с газетой под мышкой, который медленно прохаживался около соседнего дома.

Юля усмехнулась. Двор обложили вполне грамотно, построив своеобразный «конверт». Первым спалился мужик с газетой, который маячил, словно бельмо на глазу, да и парни, сделавшие за всё время только по маленькому глотку пива, не дотягивали до легенды. Не пьют так люди… Значит, и мамаша с коляской при делах. Интересно, что там у неё? Автомат? Мамаша почувствовала, что на неё смотрят, обернулась, бросила на Юлю быстрый пытливый взгляд и снова уставилась в книгу. Юля доела, утёрлась маленьким платочком, отряхнула крошки и, подхватив корзинку, медленно побрела прочь.

Не факт, конечно, что пасут именно нужного ей человека, но лучше, как говорится, от греха подальше… Благо был ещё вариант с каким-то идейным придурком, о котором упоминал Поляк. Встретиться тогда так и не довелось, но адресок она на всякий случай запомнила. Конечно, он мог там и не жить, но наведаться в любом случае стоит. Это гораздо проще, чем искать его по разным злачным местам.

Юля не знала, где находится нужная ей улица, поэтому высаживавший пассажиров извозчик оказался весьма кстати. Она забралась в коляску и назвала адрес. Реакция её удивила:

— Пошла вон, курва, — бросил извозчик не оборачиваясь.

Юля немного подумала, потом примерилась и двинула ему по почке. Мужик охнул и согнулся, держась за бок.

— Я тебя вместо лошади сейчас запрягу и вокруг города проеду, — пообещала девушка. — Вези, куда сказано.

Мужик тряхнул поводьями и, проехав метров двести, остановился.

— Накаталась? — немолодой уже мужик снова потёр спину и, обернувшись, одарил неприязненным взглядом. Юля вылезла, достала мелкую купюру, смяла и бросила ему на колени:

— Следи за языком, а то отрежут, — посоветовала она на прощание и огляделась по сторонам, пытаясь сориентироваться.

В полутёмной парадной с заколоченными окнами, пахло сыростью и мочой. Мельчайшая взвесь искрилась и танцевала в тонких полосках света, пробивающегося в щели между досок. Лестница, захламлённая каким-то мусором, ящиками и старой мебелью, просто задыхалась от этой пыли. Влажную уборку здесь делать не любили. Юля остановилась перед видавшей виды обшарпанной дверью, бережно хранящей следы многочисленных взломов и даже поджога, поискала глазами звонок и, улыбнувшись своей наивности, постучала в неё кулаком. Дверь затряслась, заскрипела, но выстояла. С минуту все было тихо, но потом послышались лёгкие осторожные шаги, и молодой мужской голос спросил: