Ну, хоть ответственность с себя снял. Теперь пусть профессионалы разбираются…

— Хорошо, что дали. Давление — 190 на 105. Уже снижается. Так и должно быть, — наконец произнёс доктор, глянув на прибор.

Потом повернулся к своему кабанистому напарнику:

— Иван, давай носилки. В кремлёвку повезём.

Пока несут носилки, Сахарову делают укол — прямо тут, внутримышечно.

А вокруг нас уже начинает собираться народ. Ещё бы — люди в белых халатах! Любопытно всем: что случилось?

— Это… лекарство надо? Раз помогло и давление падает, то забирайте упаковку, — щедро предлагаю я. А бабуле я завтра ещё куплю.

— Э… на… — морщит лоб Иван, пытаясь прочитать название. Видно, парень — простой фельдшер скорой. — Эналапрел?

— Эналаприл, — поправляет его седой. — Новое поколение… по сути, аналог каптоприла. Импорт, — и уже ко мне: — Если не жалко — возьмём.

Он быстро перебирает упаковки, которые я ему протянул, и вдруг оживляется:

— Ух ты… у вас и лабеталол есть! Он быстрее давление снижает. У нас такого нет… да и в кремлёвке не факт, что найдётся.

— Да забирайте! — на радостях, что всё обошлось, предлагаю я. — Вот ещё клофелин…

— Этого добра не надо, — кривится доктор.

Тут подоспели носилки, и Сахарова аккуратно перекладывают на них. Он уже в сознании, хоть и бледный, но взгляд осмысленный.

— Толь… спасибо, — выговаривает он. — И Бэ-Эну скажи — завтра постараюсь быть…

— Какое «завтра», больной! И не рассчитывайте! Обследуем вас дня три — вот тогда и поговорим… И то если ничего не найдём. Ишь ты…

Седой ещё что-то бурчал на ходу, пока они с Иваном уносили Сахарова, но я уже не слышал.

Думаю, Иван там и один справился бы. Настоящий русский богатырь — такой и Сахарова утащит, и врача с носилками. Ещё и цветок с тумбы прихватит, если скажут.

Странно только, что академик Ельцина «Бэ-Эном» назвал… Прямо как в будущем.

— А что случилось? Плохо кому?

— Да Штыба тут Сахарова спас…

Слышу обрывки голосов и отвлекаюсь от мыслей.

Вокруг меня уже человек двадцать. И не только депутаты — вон уборщица стоит, милиционер подтянулся. Все смотрят на меня.

Вспоминая, как орали на Сахарова пару дней назад, прикидываю: что будет хуже — «Штыба убил Сахарова» или «Штыба спас Сахарова»?

Вот ведь… опять не получилось мимо пройти, не вляпавшись в историю. Да ну вас к лешему. Я что, в цирке? Сейчас расспросы начнутся.

— Даже вспотел весь… думал, загнётся у меня на руках. Потом доказывай, что ты не верблюд, — рассказываю я парням уже в машине.

— Сам же сказал: депутатов даже задерживать не имеют права, — тупит наш водила Генка Лешнёв.

— Это когда ещё закон примут… И то — если не с поличным поймают.