“ Я собираюсь позвонить им и сообщить, что ты здесь, как только Лайонел вернется. Я вздыхаю. - Но, Эм, почему ты здесь?

Она кладет руку мне на плечо и нежно улыбается. “Я бы ни за что не отпустила своих детей еще на один день, чтобы они не узнали свою тетю”. Ее комментарий мгновенно вызывает слезы у меня на глазах. “Мне все равно, что говорит или думает мой муж. Он ведет себя как осел и не имеет права диктовать, кто является частью жизни наших сыновей, а кто нет ”.

Я проглатываю жгучий комок в горле и шепчу: “Спасибо”.

“И еще я хочу, чтобы вы с Шейном пришли на мою вечеринку через две недели. Мне наплевать, что Грейсон злится. Это мой день рождения, а не его.

Закончив со вторым маленьким сокровищем, я сажусь на икры как раз в тот момент, когда входит Лайонел с разными вещами, включая две сумки для подгузников и сложенный манеж. Он начинает с этого, быстро устанавливая его и прикрепляя верхнюю часть, которая превращает его в люльку для новорожденных.

Я возвращаюсь к первому и улучаю минутку, чтобы взглянуть на него. Они одеты одинаково в синее, но на его крошечной шляпе маленькие белые звездочки, в то время как на шляпе его брата маленькие белые сердечки. Я предполагаю, что это помогает отличать их друг от друга.

“ Кто этот малыш? - Спрашиваю я, поднимая первого, глядя на его перекошенное лицо. Он напоминает мне моего брата. Я не могу сказать, что именно, но у его мальчиков явно есть его черты.

“Это Мэддокс. Он тихий”, - говорит она с улыбкой, полной любви. “Ты можешь просто положить его в люльку, он не должен проснуться”.

Я киваю и медленно подхожу к переносному манежу, превращенному в кроватку. Как и предсказывала Эмма, Мэддокс почти не шевелится, когда я укладываю его на спину.

“Мне раздеть его? Или накрыть? Я не уверен, что теперь делать. Данте родился в середине зимы, а Грейси было шесть месяцев, когда она вернулась домой. Я не совсем уверен, одеты ли они слишком тепло или недостаточно для такой температуры”.

О Боже, мне нужно будет прочитать обо всем этом. Я многого не знаю. Я все еще далек от готовности.

“Дыши, малышка Брей. Им и так хорошо. Если им станет слишком жарко или холодно, они дадут мне знать, точно так же, как когда они голодны”. Она тепло улыбается и мягко смеется.

Я киваю и возвращаюсь к малышке номер два. “ А это, должно быть, Паркер. В отличие от своего брата, он начинает немного покачиваться в моих руках и открывает свои крошечные глазки.

“ Привет, Паркер. Он издает тихий недовольный звук, но не плачет сразу. “ Они одинаковые? Я не помню, говорила она нам или нет.