О, он говорит бессвязно, это восхитительно. По крайней мере, я не чувствую себя такой одинокой, когда у меня заплетается язык в его присутствии.

“ Шейн, ” прерываю я его. Он сжимает челюсть, когда его рука опускается с затылка, и его глаза опускаются на мои, его кадык дергается, когда он сглатывает, прежде чем он вздыхает. “Мне нравится, спасибо. Это много значит для меня”.

“О, он восхитителен!” Октавия шепчет мне, хихикая со своего места.Я и забыл, что она там.

Мои глаза расширяются, когда Шейн усмехается, теперь я понимаю, что он, скорее всего, знал, что она была там с самого начала, но достаточно мил, чтобы не упоминать об этом.

Я со вздохом кладу книгу обратно в подарочный пакет. - Теперь можешь подниматься.

Она осторожно поднимается на ноги рядом со мной, драматично машет рукой со слишком широкой улыбкой на лице. “Привет, я Октавия”. Она протягивает ему руку, которую он немедленно пожимает. “Так приятно познакомиться с тобой, Шейн. Я так,ТАК много о вас слышала!”

Я снова вся краснею, мои уши горят. “ Боже мой, Октавия! Я закрываю лицо руками.

“ Что? Это правда! Ты все время говоришь о нем. На самом деле мы как раз говорили о тебе, когда ты...

Я быстро закрываю ей рот рукой. “ Ладно, хватит. Можешь идти, если хочешь. Я улыбаюсь ей, с энтузиазмом кивая головой, чтобы донести ее мысль.Убирайся, пока не поставила меня в еще большее неловкое положение!

Она хмурится. “ Ты уверен? Я еще не упаковала завтрашние товары со скидкой.

“Все в порядке, Тави. Я позабочусь об этом и закрою магазин. Иди домой к своей маме, я уверен, она будет рада, что ты вернешься раньше. Я знаю, как сильно она волнуется” когда тебя нет дома так поздно. Я касаюсь ее руки, слегка сжимая ее с нежной улыбкой. У матери Октавии болезнь Альцгеймера, и она часто беспокоится, когда ее дочери нет дома по ночам, потому что забывает, что Тави работает в вечернюю смену.

“Хорошо, да, спасибо, босс. Увидимся завтра”. Она сжимает мою руку, когда я отпускаю ее, затем поворачивается к Шейну. “Пока, Шейн. Я надеюсь увидеть тебя здесь снова”. Она подносит руку ко рту, прикрывая его, как будто хочет рассказать секрет. “Я знаю, кому-то это понравилось бы”.

“ Вон! Я толкаю ее обратно, заставляя направиться в кладовку, где все сотрудники хранят свои вещи.

Она смеется и, наконец, уходит сама. “Я ухожу, я ухожу”, - говорит она, поднимая руки вверх.

Когда я поворачиваюсь обратно к Шейну, я вижу, что он улыбается, снимая куртку, его мощные мышцы восхитительно обтягивают черную толстовку. Мои щеки загораются, когда мои губы слегка приоткрываются, мое тело согревается от открывающегося передо мной зрелища.