Даже с расстояния в несколько миллиардов километров сигнал аварийного маяка не ловился. Граница сферы, задерживающей излучение, была всего лишь в ста миллионах километров от звезды, но пространства внутри, с учётом планет и всего остального, должно было быть гораздо больше. Визуально она никак не проявлялась, никаких силовых нитей, сеток, клубящихся облаков и прочего не было, только зонды на этом расстоянии не только переставали подавать сигналы, а ещё и менялись. Одни становились больше, другие — меньше, почти все меняли форму. Но проходили через условный барьер совершенно свободно.

— Два варианта, — я транслировал свои слова в общую сеть, — первый — мы с эн Апа Илту, а точнее, с Нимом, идём вдвоём, вы ждёте сутки, если не возвращаемся, улетаете обратно. Даша вполне может активировать двигатель, конечная точка выберется автоматически. Второй вариант, который мне не нравится, но надёжнее — переходим вместе.

— Ты предлагаешь проголосовать? — спросил Кир.

— Нет, — я покачал головой. — Игры в демократию закончились.

— Тогда зачем два варианта?

— Потому что ход переходит к крупье.

Я достал кругляш ману — не знаю, какая из сторон тут аверс, какая — реверс, абсолютно гладкая поверхность с обеих сторон, а вот само отверстие сходилось на конус. Что-то подобное проделывал какой-то самурай, но он на результат сражения гадал, и монетка у него была с двух сторон одинаковая.

— В общем, я бы мог сказать, что боги выбирают, кому что делать, но скорее это будет сила тяготения.

Золотой кругляш взлетел в воздух, и упал на пол. Когда способности проявились, с монетками, картами и подобными предметами я много раз проделывал такие штуки, если можешь кидаться огнём, перевернуть нужной стороной предмет не составит труда. Но вот с ману это не проходило, не поддавались шумерские деньги воздействию.

Майя, которой как всегда до всего было дело, присела возле монеты, осторожно подняла двумя пальцами, стараясь не нарушить положение, спросила:

— Широкая часть — что значит?

— Это значит, что идём все вместе, — за меня ответил Ним. — Марк, твои фокусы впечатляют, но, думаю, ты именно этого хотел?

— Точно. Общая готовность десять минут, — на самом деле я сомневался. Широкая часть означала «да», узкая — «нет», но главное было не в этом, а в некоем сродстве с выбором, монета выполняла роль связующего звена, позволяя почувствовать, верное ли решение я принимаю. Интуиция немного поворчала, потом удовлетворённо вздохнула и уснула до следующего раза.

Торопить никого не было нужды, мутанты были готовы к бою всегда, Уриши — частично, а Кирилл что-то там выговаривал Майе прямо возле шлюза. Девушка трясла своими черными волосами, сверкала черными глазищами, а потом просто послала парня далеко-далеко. И остальных своих поклонников, пытавшихся убедить её запереться в каюте и прикинуться элементом мебели, тоже. Революционерка была настроена решительно, скаф оставлял открытым только голову, два метателя на предплечьях, ранец с дополнительными дронами и запасной хапу на поясе как бы намекали, что всем врагам скоро придёт кирдык.