— Да ну? — наигранно удивился я. — А ты не путаешь зону и спортивный лагерь?

— Сука, все равно это не повод бить по яйцам, — простонал Толян, который предпочел еще немного отдохнуть на влажной траве.

— Не ной, вы первые начали.

— Это ты начал! — возразил Костя и шумно высморкался, едва не попав на друга.

— Нет. Я защищался. Просто начал чуть раньше, чем вы напали.

— Хорош тут демагогию разводить, — Толя все же поднялся. — Если такой говорливый, то почему не ответил, чего вы там с командиром темните.

— Если он захочет, то сам вам расскажет. Я не стану.

— Как был упрямым бараном, так и остался, — с кривой ухмылкой сообщил мне Толя и сплюнул в этот раз кровь из разбитой губы. — Честно ответь хотя бы: то, что с Захаром случилось, твоя вина?

— Спрашиваешь, словно я сам его ножом пырял.

— Ты понимаешь, о чем я…

— Понимаю, — я устало выдохнул и посмотрел на мигающий фонарь. — Но ничего не скажу. Спрашивайте командира.

— Если он выживет, — мрачно буркнул Костя и посмотрел на меня красными, даже во мраке, глазами. — Надрать бы тебе задницу, Макс!

— Ну так попробуй, — я сделал приглашающий жест. — Но в этот раз я применю дар.

— А если мы тоже? — с вызовом огрызнулся Костя.

— Тогда в реанимации будут заняты три койки, — философски рассудил я. — А может и сразу в морге.

Костя еще минутку посопел для вида, но потом разжал кулаки.

— Дай сигаретку что ли, — уже без злости попросил он.

— Держи, — я отдал ему пачку.

Сослуживец взял одну сигарету, еще одну отдал Толяну, после чего вернул пачку.

— Спасибо.

— Пожалуйста, — на моих пальцах появился огонек, от которого прикурили мужчины. — Вот видите, можем же вежливо общаться. Чего вы сразу быковать начали?

Костя отвел взгляд.

— Ольге врачи сказали, что у Захара ожоги на груди сильные. Она решила, что это ты…

— Она не в себе. Но да, это я.

Костя и Толя уставились на меня широко открытыми глазами.

— Спокойнее! Ему нужно было раны прижечь, пока он весь не вытек. Может, я чутка перестарался, но так Захар хотя бы до приезда скорой протянул. Надеюсь, еще и выкарабкаться сможет.

— Тогда, — Толян замялся, — извиняй, Макс. Непонятки вышли.

— Забыли, — я встал с лавки и понизил голос. — У меня к вам просьба, мужики.

Оба бывших сослуживца напряглись.

— Напавший на Захара может вернуться. Хорошо бы кому-то подежурить, пока он в себя не придет, или я не найду ту падлу, что его попортила.

— Это легко, — первым отозвался Костя. — Никого, кроме врачей и полиции к командиру не пустим. Но ты, — он придержал меня за запястье, — дай слово, что тот урод кровью харкать будет.

— Лучше просто найди его и передай нам, — предложил Толя. — Мы сами все устроим.