Концовку тяжёлого разговора Инга скрасила новостью, что подобрала во дворе рыжего котёнка, и не без труда добившись разрешения родителей, оставила его у себя. Дала ему кличку Принц.
— Почему Принц? — спросил я. — А кстати, ты уверена, что это кот, а не кошка?
— Уверена, — прыснула в трубку Инга, — сумела разглядеть. А Принц потому, что ведёт себя соответственно. Ты бы его видел, он даже когда ему миску с молоком ставишь — не сразу начинает лакать, а сначала лапкой морду умоет, потом соизволит мордочку к миске опустить, принюхается и только после этого важно так приступает к трапезе. Вот придёшь в гости — сам увидишь.
В гости… Что-то после того разговора с её отцом меня как-то не очень тянет к Козыревым домой. Я так у них и не был с тех пор. Могу, конечно, зайти, но только когда родителей её дома не будет или появится очень веский повод. А просто так ловить на себе неприязненные взгляды, которых вполне можно ожидать, что-то не хочется.
В середине апреля, как мне показалось, ломка голоса завершилась. Как и в той жизни, сильно брутальных изменений не случилось, но голос явно стал немного грубее. Я снова напросился на приём к фониатру. Ирина Владимировна, осмотрев моё горло, попросила что-нибудь спеть, и по итогам осмотра заявила, что с такими связками, способными выдавать тенор, мне теперь ходить до конца жизни.
Не быть мне Хворостовским или хотя бы Кипеловым. Ладно, могло бы быть и хуже. Хотя бы петь можно теперь, не жалея связок.
Дуэт, кстати, из Валентина и Лены получился неплохим. Мы записали «Две звезды» в их исполнении на плёнку, отдельным синглом.
— Обалденно получилось, — прокомментировала Лена, когда мы тут же прослушали самый удачный вариант записи. — Ох, Максим, зря ты эту песню Пугачёвой отдал, мы бы с ней сами звёздами стали.
Это точно, составили бы конкуренцию какой-нибудь «Синей птице». Но не зря же, наверное, «ловец» посоветовал отдать Алке песню, что-то он там, в будущем, увидел такое, отчего «Две звезды» помогут как-то изменить историю. Как бы там ни было, никто не запрещает нам исполнять эту песню, права у Пугачёвой только на то, что она её тоже может петь. А я ещё ни копейки от неё не получил. Вернее, от ВААП, который должен считать мои проценты и перечислять кровно заработанное матери на сберкнижку.
— Можете запустить песню в сеть… Тьфу, пустить по рукам, пусть народ знает, что за группа её исполняет, — разрешил я.
Вот ведь иногда проскакивают у меня эти обороты из будущего, хотя уже полгода прошло с лишним, как я в этом времени очутился.
Тем временем вовсю шла процедура оформления моего загранпаспорта. Он будет готов, даже если я не поеду в Венгрию, а вместо меня отправят того же Усманова. Наверняка сейчас и ему тоже загранпаспорт оформляют. Отправляли меня от областного Комитета по физической культуре и спорту. В Комитет я принёс характеристику с места учёбы, а также от первичной комсомольской организации и обкома ВЛКСМ. Филиппов лично звонил в обком, чтобы ускорить этот процесс, так что особо каверзных вопросов на собеседовании мне не задавали. Только спросили, как называется столица Венгрии, и кто является Генеральным секретарём ЦК ВСРП.