Следующий день прошёл под знаком восстановительной тренировки: пробежались утречком и вечером перед ужином, а перед обедом мы с венграми сыграли на стадиончике товарищеский матч по футболу, в котором победила дружба — поединок завершился со счётом — 8:8.
После ужина от делать нечего я отправился прогульнуться по окрестностям лагеря. Его территория по всему периметру была обнесена решетчатым забором высотой метра два без перекладин, так что перелезть было проблематично, а ворота были закрыты. К тому же там в каменной будке сидел усатый мужик, видимо, охранник. Вряд ли он откроет специально для меня, нас вообще предупреждали, чтобы за территорию лагеря без спросу ни шагу. Я двинулся вдоль забора и, пройдя с полкилометра, обнаружил место, где кто-то разогнул прутья, в результате чего образовался промежуток, достаточный для того, чтобы в него мог протиснуться человек средней комплекции. Практически как я, хотя для своего возраста я считал себя несколько великоватым — почти 75 кг при росте 175 см.
Оглядевшись и не заметив ничего подозрительного, я протиснулся между прутьев и оказался снаружи. Передо мной были высокие заросли какого-то колючего кустарника, и я задумался, стоит ли через него продираться, рискуя порвать форму сборной СССР? А, ладно, была не была, я аккуратно это сделаю, раздвинув кусты руками, пусть лучше оцарапаю ладони, чем на костюме останутся дырки.
И правда, пары царапин, пусть и неглубоких, избежать не удалось, зато форма осталась целой. И зачем я это делаю, чего мне в лагере не сидится? Ну что ж, раз уж выбрался — почему бы не прогуляться по окрестностям, тем более что ещё достаточно светло. Посмотрю, как живут венгерские пейзане. Хотя эта деревушка больше напоминала дачный посёлок: такие типовые аккуратные домики с верандами и лужайками, на которых, кроме цветов, ничего не росло. А может быть, тут принято, как в Америке, работать в городе, а жить в пригороде? Вряд ли, там-то, на загнивающем Западе, такое возможно при наличии автомобиля, а в соцстране личный автотранспорт по-прежнему остаётся привилегией небольшого процента жителей.
А это что? Моё внимание привлекла струйка дыма, тянувшаяся к небу от одного из коттеджей. Вышедшая на крыльцо стоявшего рядом дома женщина с полминуты всматривалась в том же направлении, затем взволнованным голосом крикнула что-то через раскрытую дверь, и вскоре на крыльце рядом с ней оказался пузатый мужик в клетчатой рубашке с закатанными рукавами. Он посмотрел в сторону дыма и они с женщиной начали что-то бурно обсуждать, размахивая руками. Похоже, происходило что-то не очень хорошее, и я трусцой побежал в сторону дымящегося дома. А через минуту передо мной во всей красе предстал особняк, из окон которого уже клубами валил дым, а рядом, на мощёной булыжником улочке, стояла, обхватив седую голову руками, босая, голосящая старуха в ночной рубахе. И уже бежали к дому люди, голосящие что-то по-венгерски, парочка даже тащила вёдра с водой, ну от этих вёдер толку было бы чуть.