Я тогда проверяла совместимость разных компонентов между собой и с магией. Мне нравилось экспериментировать и ставить опыты. Но в тот раз что-то не учла, не досмотрела и не проверила, пошла быстрая реакция и случился небольшой, но громкий взрыв. Меня тогда оглушило, а пыль из различных реагентов, поднявшаяся в воздух, осела на волосах и высветлила их. Помню, некоторые эльфы долго и громко возмущались, что я решила стать похожей на них и потому сделала волосы светлыми.

Да, я сильно изменилась, выросла и буду дальше меняться, взрослеть и стареть, в отличии от окружающих меня эльфов. Ещё лет двадцать, и я начну вызывать у них не только брезгливость, но и жалость. Но среди людей мне тоже нет места, уже нет. А ведь у меня могла сложиться совсем другая судьба. Судя по рассказу Эненвэла, мои родители не бедствовали, да и я кое-что ещё помню.

Опустила руку в ледяное озеро, провела из стороны в сторону, пуская лёгкие волны. Чем старше я становилась, тем реже вспоминала своё детство до эльфов. Перед глазами стали появляться какие-то картинки из далёкого прошлого. Неожиданно я поняла, что это не моё воображение разыгралось, а озеро показывает то, что я когда-то видела. Те редкие осколки, что ещё остались в моей памяти. Я видела своих родителей, какую-то комнату, но всё смутно.

Картинки менялись всё быстрее и наконец остановились на одном моменте, от которого стало тревожно. Красивая гостиная с дорогой мебелью, картины на стенах. Но всё это терялось во мраке, ведь единственное, что освещало комнату был камин. Родители о чём-то спорили, папа сидел в кресле, а мама ходила из одного угла в другой. А ещё мне было грустно, ведь умерла бабушка Азалия, которую я очень любила. Мама не хотела ехать на её похороны, ведь предстояла дальняя дорога.

— Разве ты не понимаешь? — слышала я в своей голове мамин голос, — Моя дорогая свекровь не могла умереть своей смертью, ей в этом помогли. У госпожи Азалии было отменное здоровье, железная хватка и суровый характер, не говоря уже о приличном состоянии. А потому много врагов. Даже среди близких родственников.

— Это ты не понимаешь, — отвечал отец, — Если её убили, я тем более должен быть там и найти убийцу. Без меня никто не начнёт проводить расследование.

— А если ты не доедешь, то твой труп тоже не станут искать!

Она остановилась возле окна, словно пыталась что-то увидеть в ночной темноте.

— Не волнуйся, — папа встал и подошёл к маме, обнял её за плечи, — Мы поедем вместе с охраной. Вдоль эльфийского леса, там нас не тронут. Никто не посмеет атаковать на границе, ни люди, ни сами эльфы.