Наконец, в пять часов не выдержал и сорвался с тренировки — на три часа раньше обычного. Поеду у подъезда Макса караулить. И хоть понимаю, что бессмысленно: ведь трубку домашнего никто не берёт, но привычно заниматься обычными делами уже попросту не мог. Продолжал звонить, на сотовый и на домашний. И вот уже на выходе из универа коммутатор городской сети соединил-таки меня с домашним телефоном Макса.
— Алло, кто это? — раздался в трубке усталый и потухший голос его мамы.
— Это Дима, тёть Оль, здравствуйте. А Максима можно услышать? А то я до него весь день дозвониться не могу!
— Здравствуй, Дима. — из трубки донёсся плач, — Максим и Федя в больнице. Оба в коме…
Услышанное меня просто повергло в шок. Как такое возможно? На голову будто ватный шлем одели. Какой-то звон, и опустошённость. Каким-то чудом я выспросил, в какой именно больнице они лежат. Кажется, тётя Оля что-то говорила, что нет смысла ехать, что Макс без сознания, что меня могут не пустить, что там нет сейчас приёма. Но я вежливо попрощался и тут же рванул туда. Как добежал до остановки — вообще не заметил. Как оказался в троллейбусе — не знаю. Каким чудом не пропустил нужную остановку — одному богу ведомо. Да и вообще, кажется, если бы на троллейбус не успел, то я бы его бегом перегнал. Городская больница номер три, на остановке у которой меня с утра вытащил тот непонятный дед. А ведь если бы я знал, что произошло, то уже с утра мог у Макса оказаться!
Странная вещь, вот дружишь-дружишь с человеком и всегда думаешь о нём с радостью. А когда приходит такой страшный случай, то эмоции при мыслях о человеке резко меняются на противоположные, становится тяжело о нём думать. А как не думать, если все мысли крутятся вокруг него? Да и вообще описать свои эмоции в такой момент вряд ли кто сможет. Возникает такой раздрай в чувствах, что ты и сам не можешь понять, что именно ты ощущаешь в данный момент.
Я с Максом дружу с детского сада. Он такая же константа в моём мире, как и мама. Я сейчас в таком шоке, что никак поверить не могу в случившееся. Да я даже думать нормально не могу. Сейчас основная задача понять, что нужно сделать. Двери троллейбуса как назло открывались медленно, словно издевались! Пришлось помочь им открыться и выскочить наружу. Идти решил быстрым шагом, чтобы не шокировать своим бегом пенсионеров, втягивающихся на территорию больницы. Но не успел пройти и двух шагов, как мне загородили дорогу двое, что-то говорили, мешали пройти, даже за одежду схватили. Что с ними сделал — и сам не понял. Главное, что с пути их убрал, и, уже наплевав на всё, бросился бежать к Максу. На ходу даже пришлось отмахиваться от табличек системы, вот не до неё сейчас.