«Стала вероятной возможность ядерной цепной реакции в значительной массе урана, в результате чего высвободится колоссальная энергия и значительное количество новых элементов, подобных радию. Можно считать почти достоверным, что это будет достигнуто в ближайшем будущем».

Это явление способно привести также к созданию бомб и, возможно — хотя и менее достоверно, — исключительно мощных бомб нового типа. Одна бомба этого типа, доставленная на корабле и взорванная в порту, полностью разрушит весь порт с прилегающей территорией. Хотя такие бомбы могут оказаться слишком тяжелыми для воздушной перевозки».

Стоит отметить, что даже такому образованному человеку доатомной эпохи, как президент Рузвельт, было сложно понять это предостережение[224] . Если вы не понимаете важность информации, то что вы с ней делаете?[225] Но президент США все же запустил программу создания атомной бомбы.

Манхэттенский проект по созданию супероружия объединил усилия множества ученых. Это было довольно смелое решение, поскольку оно потребовало ценных ресурсов и огромных денег. Ученые и специалисты из разных стран собрались в небольшом городке, где в обстановке строжайшей секретности создавали и испытывали оружие, прежде чем это удастся сделать противнику. Когда война началась, эти работы стали вопросом национальной обороны — ведь у немцев тоже были блестящие физики (и одним из них был Эйнштейн до его отъезда из Германии).

Жители Древнего Египта и Месопотамии поняли бы основания геополитического реализма Манхэттенского проекта. Некоторые из участвующих в проекте ученых терзались сомнениями относительно создания чудовищной бомбы для того, чтобы люди могли более эффективно убивать друг друга. Но мысль о том, что такая бомба может оказаться в руках исключительно нацистов, становилась настоящим кошмаром.

После многолетней работы 16 июля 1945 года бомба была испытана в пустынном регионе Нью-Мексико. Испытание прошло успешно (в чем были уверены не все). Кроме того, бомба оказалась более мощной, чем ожидали разрабатывавшие ее физики[226] . Участники проекта вздохнули с облегчением. Это был настоящий триумф — но вызывающий смешанные чувства. Многие ученые предчувствовали, что мощь этого оружия со временем будет только нарастать.

Роберт Оппенгеймер, которого иногда называют «отцом атомной бомбы», так описывал момент испытаний в интервью 1965 года в программе «Решение сбросить бомбу»:

«Мы знали, что мир никогда больше не будет прежним. Кто-то смеялся. Кто-то плакал. Большинство людей молчали. Я вспомнил заключительные строки из «Бхагавад Гиты». Вишну пытается убедить принца исполнить свой долг. Чтобы внушить ему почтение, бог принимает свой многорукий вид и говорит: «Теперь я есть Смерть, Разрушитель миров». Мне кажется, что в тот момент мы все подумали об этом, пусть даже и в других словах».