— Потому что я — тупая восьмерка?

— Не обобщай, — отмахнулся Восьмерка.

— И это тоже, — кивнул Черный. — Но главная причина, знаешь в чем?

— Просвети, а?

— Потому что у тебя нет друзей. Хороших друзей. Желательно, героев. У каждого великого героя есть герой — друг, что приходит на помощь в самый трудный час. Он может разрушить стены, разбить оковы, разгадать тайны. Или, например, рассказать, как взломать высокотехнологичный ошейник, блокирующий функции наномашин. А еще он побеждает принцесс, спасает рыцарей и жрет драконов. Черный знает, он читал документальные хроники.

— Это называется детские сказки, — поправил его Восьмерка. — А не хроники, кретина ты, полимерного, кусок.

— А что там про ошейник? — спросил я. — Говоришь, друг мог бы знать, как его открыть?

— Мог бы, — оскалился Черный. — Жаль, что у тебя нет такого друга.

— Знаешь, я бы очень хотел, чтобы он был. Всегда мечтал о друге, что жрет принцесс и все такое.

— Но ты ведь не знаешь, как быть другом. Ты всего лишь сраная восьмерка.

— Не обобщай, — ответил Восьмерка, но его опять все проигнорировали.

— Но ведь этот друг, он ведь хороший друг. Он бы обязательно объяснил мне это, — окончательно принял я правила игры.

— Да, — самодовольно ухмыльнулся Черный и его оскал растянулся вширь, увеличиваясь в размерах. — Он бы рассказал тебе, что у друзей принято делиться. И все у них общее. И если кому-то вдруг понадобится помощь, друг обязательно поможет. А если вдруг кто-то захочет открыть сраную восьмерку, чтобы посмотреть на бабочек, то друг обязательно поделится с ним своим телом.

— Десять минут в месяц, — ответил я.

— Пятьдесят на пятьдесят.

— Ты за неделю весь Альтаир пустишь на бабочек. Двадцать минут в месяц по десять минут за раз.

— Три часа в неделю. По полчаса за раз.

Торги длились вечность. У Черного было преимущество, так как сейчас он мне нужен больше, чем я ему. По крайней мере он так считал. Но на кону стояло мое тело, которое он хотел брать под контроль, так что я стоял до последнего.

— Черный, ты же понимаешь, что если я сегодня сдохну, то ты отправишься вслед за мной?

— С чего ты так решил? — оскалился он. — Ты так уверен, что я — часть тебя? Разве мы хоть в чем-то похожи? Красавец и гений Черный с одной стороны, и жалкая тупая восьмерка-алкаш с другой. Ничего общего.

— Если ты не часть меня, то что же ты?

— Не знаю. Может быть я окажусь в маленьком шарике размером с теннисный мяч? А затем буду допекать нового носителя? Может быть сраная, упертая восьмерка сдохнет, а Черный будет жить вечно? У Черного столько планов, столько планов.