Похоже на блеф. Это с одной стороны. Черный — довольно хитрожопая тварь, это я давно уже понял. Но с другой стороны я еще ни разу не замечал, чтобы он врал мне. Не то, чтобы мы часто беседовали, но тем не менее.

— Час в неделю, но я оставляю за собой право вернуть контроль в любой момент. Чтобы ты не пересек черту. И мы обговорим правила, кого можно убивать, а кого — нет.

Торги возобновились и мы сошлись на десяти часах в месяц без ограничений по времени на сеанс. Но если Черный где-то перегнет палку, то я моментально отбираю контроль себе. Убивать можно только для самозащиты, не трогать детей, никого и ничего не жрать, и еще ряд мелких условий.

Чую аукнется мне это все. Но если это способ стать сильней и выбраться отсюда, то у меня нет другого выбора. В конце концов, Черный однажды уже спас мне жизнь в битве с другой химерой. Пусть он и попытался тогда забрать себе мое тело полностью.

Но я смог остановить его в тот раз, смогу и снова, если понадобится.

— Поздравляю, восьмерка, — произнес Черный, обнимая меня за плечи. — Договор заключен, а значит у тебя теперь есть самый лучший друг на свете. Великолепный и бесподобный я! И теперь, как и полагается друзьям, мы вместе отправимся в приключение.

— Мне бы от ошейника избавиться для начала.

— Ты еще глуп и неопытен, мой юный друг, — наставительным тоном пророкотал Черный. — Избавиться от ошейника, это значит заслужить избавление. А заслужить его можно лишь преодолев трудности, невзгоды и свои собственные страхи.

— Звучит очень долго. Ты помнишь, что нас к вечеру разберут на органы.

— Это в том мире, — отмахнулся Черный. — А в этом у нас будут годы приключений. Мы отправляемся в путь по закоулкам твоего больного разума, чтобы победить чудовищ под кроватью и обрести могущество.

— Да чтоб тебя со стены обоссали, — проворчал я. — Давай быстрее.

— Прошу, — махнул рукой Черный.

И я увидел простую деревянную дверь в темноте. Даже цвет не могу разобрать, но это и не важно. Подойдя ближе, взялся за ручку и открыл. Внутри было темно, но не так, как здесь. Какие-то очертания.

— Не пойдешь с нами? — окликнул я Восьмерку.

— Гейские походы с обнимашками не по мне. Мне хорошо и одному, так что я вас тут подожду.

— Вот он точно часть меня. Узнаю.

— Часть тебя прошлого, — наставительно поднял коготь Черный. — Теперь ты новая восьмерка, шагающая в новую жизнь. Так что давай, шагай уже.

И я шагнул в дверной проем. Ну посмотрим, куда он меня приведет. По крайней мере боли и слабости здесь не ощущалось, что уже хорошо.

Выбрался я в какие-то руины. За спиной та самая дверь, только теперь она была обрамлена стеной, как и полагается дверям. Я стоял посреди незнакомой улицы какого-то города, но это был явно не Альтаир.