— Эй, Восьмой, — подал голос парень где-то на половине пути. — У тебя пожрать есть чего?

— Без еды отъедешь?

— Нет, но жрать-то все равно хочется.

— Потерпишь, — ответил я.

Он что, не умеет насыщаться эфиром из собственных резервов? Странный малый.

— Ты в курсе, что это мой первый шрам? — весело спросил он. — Такое не забывается.

— С почином, — буркнул я.

— Мы с тобой теперь связаны, я это чувствую. Как тебя зовут? На самом деле.

— Восьмеркам не нужны имена, — эта старая тема уже давно забылась, но ностальгии не вызвала.

— Даже у собак есть имя.

— Отличный повод для гордости.

— Так не пойдет. Раз уж мы с тобой теперь связаны кровью, в буквальном смысле, то я должен дать тебе имя. Тогда нарекаю тебя…

— Завались. Себя нареки лучше по нормальному, а мне бабских имен не надо.

— У меня не бабское имя, — насупился Иуэ.

— Ага, как же. Повторяй это себе регулярно.

Дальнейший полет прошел в тишине. Парень большую часть времени спал. Ненормально много для человека, но скорей всего это его аналог стазиса. По крайней мере в конце пути он уже самостоятельно спрыгнул с дракона, а рана успела зарубцеваться.

Бабочка Черного-Восьмого сразу взлетела и упорхнула куда-то за облака. Мы остались вдвоем возле входа в туннель, где располагался кристалл.

Я знал, что его невозможно уничтожить, по крайней мере на нашем уровне развития, как и в ближайшие пару тысячелетий. Те, кто создал его, далеко обошли нас в плане технологий.

— Его можно сломать, — словно прочитал мои мысли Иуэ. — Изнутри он уязвим. Но это прямое нарушение Договора и тогда придут другие. Его можно только обезвредить, изолировать, лишить подпитки и жить дальше. Когда в обозримых потоках реки времени не останется вариантов победить людей, он сам исчезнет.

— Ну и к чему ты эту хрень мне затер тут? — с удивлением посмотрел на него. — Черный Кот дал мне всю информацию, мы оба знаем, зачем я здесь.

— Знаешь, — насупился Иуэ. — Ты такой злой, потому что на самом деле у тебя нет друзей. Я понял, это защитная реакция. В глубине души ты просто боишься остаться один.

— Да, Восьмой, я тебе то же самое говорила, — поддержала Йулл.

— Да, этот говнюк тебя раскусил, — поддержал Хофф.

— Не слушай его, — встряла Элис. — Он просто проецирует на тебя свои собственные комплексы, я читала о таком.

И еще много-много комментариев последовало за этим, пока я вглядывался в серьезные глаза парня, пока не понял, что он же еще совсем ребенок. Не по возрасту, но все же.

— Ты прав, — кивнул я. — Потому тебя и не добил. А то вдруг совсем один-одинешенек останусь. Горе-то какое. Я пошел, ты знаешь, зачем ты здесь? Справишься?