Кира еще хотела что-то сказать, но передумала. Лишь вздохнула и пошла дальше обходить посты на стене.

Вскоре начало смеркаться, и к Оби подошел смуглый парень в белом костюме с леденцом на палочке. Отряд Оби очень любил дядю Черча, в первую очередь за то, что тот умеет делать леденцы на палочках.

— Будешь? — протянул он ей кругляш из жженного сахара, но почему-то с красноватым оттенком. — Нашли ягоды, получилось необычно, если смешать их.

Вкус был непривычным, очень кислым, но ярким, а оттого — приятным. Оби довольно поморщилась, перекатывая леденец во рту.

— Спасибо дядя Черчилль, — а затем внезапно испугалась посетившей мысли. — А ты тоже уезжаешь с этой стервой?

— Увы, — тепло улыбнулся тот. — И Иуэ с нами. Не переживай, тетя Агнесс уже вполне неплохо научилась делать карамель.

— Да, только она делает ее лишь по выходным и праздникам. И то, если мы выучили все уроки.

— Учиться необходимо.

— Мне уже девятнадцать, я не маленькая. Да и зачем мне все эти книжки?

— Как быстро время летит, — проигнорировал вопрос Черч. — Помню, ты была вот такого роста, когда Иуэ притащил тебя из пустошей.

— Даже четырнадцатый был выше, а он у нас самый младший в отряде.

Постояли немного в тишине, глядя на провал входа. Каждый думал о чем-то своем, но не хотел портить момент. И все же Оби решилась.

— Он не выйдет, — это был не вопрос.

— Не сегодня, — покачал головой Черч. — Процесс не быстрый. Судя по сигнатуре, Восьмой справляется, но он человек, а тут целый высокотехнологичный биокомплексный…

— Мы отдаем туда все новые наномашины. Источник потерял уже шесть процентов массы.

— За пять лет работы.

— Но скорость увеличивается.

— Скачкообразно.

— Сколько? — Оби сама не заметила, как начала нервничать, отчего ее тело покрылось алой броней.

— Не знаю, — честно ответил Черч. — Никто не знает. Все зависит от Восьмого. Может год, может сто лет, может уже завтра он выйдет оттуда, победив.

— А вы тем временем просто свалите по своим очень важным взрослым делам.

— Мы вернемся. Кто-то из нас, когда он справится.

— Зачем? — скривилась Оби. — Потащите его на очередную чужую войну? В другой мир?

— Если у него получится, это станет переломным моментом. Мы сможем перепрограммировать кристаллы еще до начала войны. Миры даже не поймут, как близко они прошли от катастрофы. Нам нужно будет только понять алгоритм, который использует твой Отец, так что его самого мы забирать не будем. Достаточно будет части наномашин, а затем копировать, вставить, победить.

— Как-то все у вас гладко получается, дядя Черчилль. Настолько гладко, что звучит словно бред. По-любому на какой-нибудь нелепой мелочи проколетесь и все Псу под сраку пустите. Как тогда с кодом, который мы переписываем.