— Пока он с нами, он часть отряда. А я не даю в обиду своих.

— Ох, вы пожалеете. Если мёртвые вообще могут жалеть, — злобно процедил враг.

Жаль, что здесь было мало воды, чтобы создать очередную волну и смыть нападавших к чёртовой матери. А мелкие образы, вроде того же водного лезвия кидать бесполезно, воздушный щит остановит.

М-да, по-настоящему силён я оказался только в море, от которого меня отделяло целых пятнадцать километров. Уровень силы ничего не значит, если фантазия не богата на её применение.

А воздух в помещении всё нагревался, превращая ресторан в русскую баню. Так можно и заживо свариться. Но благо на членах нашего отряда не было артефактов, и я смог понизить температуру тела каждого. Так что сейчас все ощущали необъяснимый холод, который растекался по венам.

— Как насчёт рун? — снова в голове раздался голос Мариссы.

— Нет, — мысленно отрезал я.

— Я могу создать источник воды, а ты её используешь, — не сдавалась девушка.

— Стоит тебе пошевелиться, как первый удар магией полетит в тебя. Доверься и не лезь, хорошо?

— Хорошо. Я тебе верю.

Она замолкла. А я удостоверился, что нас решили сварить заживо. Выжидали. А вот наш отряд ждать не стал, и Вячеслав Игоревич скомандовал: «В атаку!».

Аббат был первым. Выставил ладони вперёд, и из них вырвалась огненная птица. И с каждым мгновением она увеличивалась в размере. Вскоре её крылья заняли половину помещения. И огонь неистово врезался в щит, прожигая в нём дыру.

Вячеслав Игоревич мигом достал из кобуры магический револьвер. Раздались выстрелы. А пули попали в закрывающуюся брешь, но стоящие на их пути маги успели увернуться.

Я подошёл к воздушному куполу. Воздух рябил перед глазами. Но магическое охлаждение тела не давало мне свариться заживо.

Пришлось рискнуть. А не было другого выбора, чтобы никто из стоящих за моей спиной не пострадал. От лютой бойни нас отделяло всего несколько минут.

— Если что скажешь, что это ты научила меня этому приёму, — мысленно передал я Мариссе.

— Ладно. Мне не стоит задавать вопросы?

— Именно. Это останется между нами.

Она и так всё понимала. Но Марисса, как и я, вышла из другого мира. И она задолжала мне жизнь, так что была уверенность в её молчании.

Я поднял руку и начертил в воздухе руну проклятья смерти. Очень быстро. А затем заставил её скопироваться четырнадцать раз по числу нападавших. На активацию ушёл весь запас моего мизерного источника дара из прошлой жизни.

Руны загорелись синим и облепили воздушный купол полукругом. Они прожгли его насквозь.

Во мне разыгрался прежний азарт, который раньше приходил лишь на войне с некромантами. Тогда я мог насылать сотни рун смерти на своих врагов. И сейчас стоял с тем же выражением лица, со злобной ухмылкой, продиктованной тёмным даром.